Даже опытный старейшина Чжо не чувствовал в словах и манерах Цзян Чэня ни капли фальши. Перед ним стоял спокойный, уверенный и, главное, искренний человек, что резко отличало его от мастера пилюль Вэй Тяньтуна, который не вызывал никакой симпатии. Тот мастер пилюль был не слишком разговорчив, но в нем чувствовалось что-то зловещее, ему не хотелось доверять. Такому принципиальному человеку, как старейшине Чжо, было не по себе от этого чувства. Если бы не внук, он бы не стал иметь дел с таким человеком.
Вэй Цзе был сообразительным. Видя, что старейшина колеблется, он понял, на что нужно давить. Он тут же произнес:
— Старейшина Чжо, возможно, вы кое о чем просто не знаете. Когда я в последний раз отправлялся в дальний путь, предатель дома замыслил недоброе и отравил меня Порошком Золотого Будды Девяти Смешков. Ни один мастер пилюль не мог исцелить меня, лишь брату Чжэню удалось спасти меня, когда я был одной ногой в могиле. Подозреваю, что меня отравил мастер пилюль Вэй Тяньтуна.
— Что?! — поразился старейшина Чжо. — Цзе’эр, это правда?
Тот напрямик ответил:
— Да покарают меня Небеса, если я хоть в чем-то соврал вам.
Теперь у старейшины не осталось сомнений. Он был в шоке. Он знал, что Вэй Тяньтун хочет занять место Вэй Тяньсяо, но он и подумать не мог, что тот пойдет против родни! Одно дело — внутреннее соперничество. В честном соперничестве не было ничего зазорного. Но отравление члена семьи было неприемлемо.
Губы старейшины задрожали. Новости поразили его. Он глубоко задумался. Если Вэй Тяньтун был столь жесток, мог ли он привести дом к процветанию? Не останутся ли все остальные не у дел?
Цзян Чэнь вдруг произнес:
— Похоже, старейшина Чжо ни о чем не знал. Возможно, вы думаете, что чем-то обязаны Вэй Тяньтуну, потому что он может помочь вам решить проблему господина Mо, и у вас просто нет иного выбора, кроме как встать на его сторону? Возможно, вы не знали, что все это с самого начала было делом рук Вэй Тяньтуна?
— Что вы хотите этим сказать? — пораженно произнес старейшина.
Цзян Чэнь спокойно улыбнулся:
— Господин Мо обладает выдающимся потенциалом, а у Дома Вэй есть все необходимое для культивирования. Он уже давно должен был достичь четвертого уровня сферы мудрости. Почему же вдруг он оказался в тупике?
— Почему же? — в смятении спросил старейшина Чжо. Вэй Мо точно входил в тройку наиболее одаренных практиков Дома Вэй. Отсутствие прогресса на пороге земной сферы мудрости было для него совсем неестественным.
— Все просто. Коварный мастер пилюль кое-что сделал с господином Мо, — спокойно ответил Цзян Чэнь.
Старейшина Чжо яростно замотал головой:
— Невозможно! Не знаю насчет отравления Цзе’эра, но Мо’эр точно не был отравлен. В этом я уверен.
Старейшина не сомневался в словах Вэй Цзе, но не спешил верить Цзян Чэню. Ему казалось, что тот пытается его напугать.
Цзян Чэнь улыбнулся:
— Старейшина Чжо, а разве я что-то говорил про отравление?
— Тогда в чем же дело? — удивленно моргнул старейшина.