— Я действительно могу поставить любые условия? — произнес Цзян Чэнь с невинной, милой улыбкой.
Глава Дворца Дань Чи, улыбаясь, произнес:
— Цзян Чэнь, убирая арену, ты идешь на немалые жертвы. Само собой, ты можешь поставить определенные условия. В нашей секте не принято скупиться на заслуженные награды. Разумеется, мы не можем обойти тебя стороной и не отплатить тебе по достоинству.
— Хорошо, для бедняка вроде меня свары из-за гордыни — далеко не самое важное. Большее значение для меня имеют осязаемые, ценные ресурсы, — доброжелательно произнес Цзян Чэнь. — В таком случае, сей ученик посмеет высказать несколько пожеланий. Десять тысяч духовных камней высокого уровня, пятьдесят килограмм темно-лилового золота, пятьдесят килограмм пыли звездных облаков и пятьдесят килограмм ярко-красной киновари. Мм, и если у старейшины Лянь Чэня найдется пара тысяч Пилюль Изначального Развития высокого уровня, я бы не отказался от них. Сей ученик будет весьма признателен.
Такая цена была бы запредельно высока для любого представителя младшего поколения. Но даже такая приличная сумма не слишком-то сильно ударила бы по карманам трех тяжеловесов. Все-таки старейшина Лянь Чэн в его почтенном возрасте успел скопить огромное состояние, и он мог без малейшего труда выполнить все условия Цзян Чэня.
Старейшина Лянь Чэн моргнул, а затем добродушно рассмеялся:
— Славно, славно! Приятно видеть честного молодого человека, который сразу напрямик говорит, что ему нужно. Так и нужно себя вести! Я позабочусь о том, чтобы ты получил все необходимое. Все перечисленные тобой ресурсы будут доставлены в твое жилище в течение трех дней.
Цзян Чэнь рассмеялся:
— Старейшина Лянь Чэн — человек решительный, это сразу видно. Хорошо! Я уберу арену по первому вашему слову.
Вдруг старейшина Юнь Не произнес:
— Я думаю, арена должна остаться.
— Хм?
Все трое недоуменно посмотрели на старейшину Юнь Не. Разве они обо всем не договорились?
Старейшина Юнь Не кивнул:
— Поскольку соперники уже готовились к схватке, убрав арену, мы не поможем им справиться с внутренними демонами. Мне кажется, мы должны воспользоваться этой возможностью.
— Возможностью? Что вы хотите этим сказать? — серьезно спросил старейшина Лянь Чэн.
— У Шэнь Цинхуна — большие амбиции, и высокомерия ему не занимать. Если Цзян Чэнь уберет арену, Шэнь Цинхун не исправится и продолжит распускать о нем слухи. Мало того, что это плохо для Цзян Чэня, это никак не поможет Шэнь Цинхуну научиться видеть собственные недостатки и преодолевать трудности. Без должно работы над собой он и дальше будет оставаться жертвой своих внутренних демонов. Если мы хотим помочь ему исправиться, мы не должны препятствовать схватке, но она должна закончиться ничьей. Битва двух божественных котлов войдет в историю и привлечет внимание всего Королевского Дворца Пилюль. Остальные ученики будут еще усерднее стремиться к тому, чтобы стать истинными гениями; эта схватка послужит для них источником вдохновения. Их чувство сопричастности к секте усилится.
— Ничьей?
Глава Дворца Дань Чи и старейшина Лянь Чэн переглянулись, чувствуя, что в словах старейшины Юнь Не есть здравое зерно.
— Именно, ничьей. Таким образом Шэнь Цинхун научится справляться с трудностями и сохранит лицо. Так оба соперника смогут защитить свою репутацию, а Шэнь Цинхун поймет в глубине души, что всегда есть куда стремиться, всегда есть более сильный эксперт. Это пойдет на пользу его развитию, — продолжил старейшина Юнь Не.
На данный момент главной проблемой Шэнь Цинхуна была его излишняя самоуверенность; за свою жизнь в секте он ни разу не испытывал горечи поражения. Никто не мог вызвать у него ощущение непреодолимой преграды. С одной стороны, он был уверен в своих силах. С другой, это сделало его чрезвычайно надменным.
Глава Дворца Дань Чи расслабился и улыбнулся, словно поняв что-то:
— Юнь Не, ваше предложение весьма разумно. Но насколько сложно будет обеспечить ничью?
Старейшина Лянь Чэн согласно кивнул:
— Действительно, ничья была бы идеальным решением, но если проявить неосторожность, кто-то все равно станет победителем.