Хун Канцюань со своими сотрудниками отдела специальной службы прошел через многочисленные посты в штабе Отдела специальных операций и, наконец, подошел к двери центрального пункта управления.
Солдаты-дозорные дивизии специальных операций были шокированы бумажным разрешением.
В конце концов, внутренние операции Подразделения специальных операций крайне ограничены, и никакая чехарда не допускается.
Это должно уравновесить неограниченные полномочия Подразделения специальных операций за рубежом.
В противном случае никто не сможет контролировать такой отдел, и со временем хорошие дела станут плохими.
Хо Шаохэн всегда требовал от своих солдат полного подчинения приказам своего начальства в Китае.
Пока это разрешено парламентом и военными, они должны подчиняться безоговорочно.
Он не мог подчиняться приказам кабинета министров, поэтому, хотя подпись премьер-министра Тана казалась им недействительной, в разрешении на этот документ стояла подпись спикера Лонга. В связи с этим все в Отделе специальных операций не смогли устоять.
…
Центральная диспетчерская штаба Дивизии специальных операций расположена на шести подвальных этажах административного здания.
Стоя в дверях этих черных ворот, которые могут выдержать шесть атак ядерных бомб, Хун Кан был полон эмоций.
Наконец-то он пришел сюда…
В последний раз, когда Хо Шаохэна перевели в Соединенные Штаты для спасения Тан Гуйжэня, ему дали инструкции, дистанционно управляли, и ему были имплантированы четыре специальные инструкции по мониторингу.
Мужчина ясно заверил его, что эта разумная программа очень продвинута, на пятьдесят лет более продвинута, чем их нынешний машинный язык, и никогда не будет найдена…
Неожиданно, менее чем через полгода, его обнаружил Хо Шаохэн.
Когда Хун Кан услышал эту новость от мужчины полчаса назад, все его тело похолодело и онемело.
Если бы Хо Шаохэн узнал, что эти четыре строки интеллектуального языка программирования были имплантированы им, последствия были бы катастрофическими!
Хун Кан был совершенно недоволен, совершенно недоволен!
Но раз уж это произошло, Хун Кан не стал сидеть на месте.
Хо Шаохэну действительно не с чем иметь дело?
Ох, слишком наивно!
Хун Канцюань держал в руке доверенность, думая о том, как Спикер Лонг только что увидел доказательства в его руке, он не мог не почувствовать облегчения.
…
Впереди — центральная диспетчерская в штабе Дивизии специальных операций.
С сегодняшнего дня он будет принадлежать ему, Хун Канцюаню.
Внешний слой закрытой двери покрыт толстым слоем коровьей кожи, имеющей звукоизоляционные материалы отличного качества и радиационную защиту. Дверь эту дверь сравнила их отдел спецслужб.
Глаза Хун Кана блеснули, и он крикнул в интерком у двери: «Майор Хо Шаохэн, мне было приказано провести выборочную проверку вашего отдела, пожалуйста, выйдите для проверки».
Хо Шаохэн очень осторожен.
Хотя он не знал цели агрессивности Хун Канцюаня, он очень хорошо знал, что Хун Канцюань был мастером, который не мог видеть кроликов, орлов или гробы и никогда не делал ничего неуверенного.