Всего за несколько предложений разговора властная аура Чжу Линя обрушилась на всех присутствующих, заставив их почувствовать себя так, словно они сидят на иголках.
Жун Сянли, казалось, улыбался, но мощь, сопровождавшая каждое его движение, также оказывала давление на окружающих. Это было трудно игнорировать, когда даже могущественный Предок Пути, такой как Пэн Цяньхэ, не осмеливался легко оскорбить этих двоих.
Это вызвало у людей внутреннее смятение. Царство Истинного Вечного было слишком страшным. Один только Пэн Тяньсян уже был грозной фигурой, но теперь появились два парня, более сильных, чем он, и полностью проигнорировали его!
Атмосфера была напряженной.
Дугу Юран невольно нахмурилась и взглянула на Чжу Линя: «Это территория клана Пэн. Вам не кажется, что вы ведете себя невежливо?»
Если бы это сказал кто-нибудь другой, Чжу Линь бы отвесил ему пощёчину. Однако, глядя на Дугу Юрана, он кивнул с лучезарной улыбкой: «Ты прав, что отчитал меня, Юран. Я извинюсь».
С этими словами он равнодушно сложил руки в знак приветствия Пэн Тяньсяну: «Брат Пэн, прости меня за невежливость».
Пэн Тяньсян холодно фыркнул, явно всё ещё затаив гнев.
Чжу Линю было совершенно все равно. Он оглядел Дугу Юрана, затем с улыбкой, обнажив ряд блестящих белых зубов, перевел взгляд на Линь Сюня: «Не могли бы вы уступить мне место, товарищ даос?»
Его тон был легкомысленным, но при этом прямолинейным и властным. Все взгляды мгновенно упали на Линь Сюня.
Пэн Тяньсян внезапно хлопнул по столу: «Чжу Линь, ты ведёшь себя возмутительно. Брат Цзинь — мой друг. Почему он должен уступать тебе своё место?»
Однако Чжу Линь игнорировал Пэн Тяньсяна. Его взгляд был прикован к Линь Сюню, и в нем постепенно появлялся ледяной оттенок. «Отказываетесь мне в ласке?»
Линь Сюнь всегда хотел держаться подальше от всего этого, но в данный момент это было явно невозможно. Он невольно тихо вздохнул. Этот Дугу Юран… настоящий магнит для неприятностей!
Это было всего лишь сиденье, но на него ни с того ни с сего обрушились неприятности только потому, что он сел рядом с ней. Какое этому оправдание?
Несмотря на вспыльчивый характер, в глубине души Линь Сюнь был решительным и безрассудным человеком, когда это было необходимо. Как он мог отступить в такой ситуации?
Он допил вино из бокала и сказал: «Уважение нужно заслужить, а не требовать без причины. На вашем месте, зная, что хозяин этого места меня не приветствует, я бы не был таким бесстыдным, приходя сюда и не вызывая неприязни ни за что».
Эти слова потрясли сердца всех присутствующих Великих Императоров. Они с трудом верили собственным ушам.
Даже Пэн Тяньсян был ошеломлён. Хотя замечание Линь Сюня его в корне удовлетворило, он также понимал, что оно может оскорбить Чжу Линя!
Пэн Цяньхэ лишь странно посмотрел на окружающих и промолчал. Он не стал бы ввязываться в неприятности ради постороннего.
Между тем, Жун Сянли тоже был явно удивлен и захотел поближе присмотреться к Линь Сюню.
Что касается Чжу Линя, то его лицо мгновенно помрачнело, а глаза вспыхнули убийственным намерением, от которого воздух вокруг него замер. Это почти непреодолимое намерение обрушилось на Линь Сюня.
Дугу Юран внезапно сказал: «Если вы посмеете напасть, не вините меня за то, что я повернулся к вам спиной».
Выражение её лица стало холодным, как иней.
Чжу Линь был ошеломлен: «Юран, кто он тебе такой, и почему ты его защищаешь?»
Пэн Тяньсян холодно рассмеялся и, воспользовавшись случаем, высмеял его: «Брат Цзинь Дуи спас Юрана, а ты хочешь заставить его уступить место, что равносильно позору для Юрана».
Увидев, что Дугу Юран ничего не отрицает, лицо Чжу Линя помрачнело от неуверенности. В конце концов, он стиснул зубы и сказал: «Я поступил неправильно, но он меня унизил. Я не могу оставить это дело на этом».