— Ты действительно думаешь, что мы будем делать такое?! Ты что, смеешься над королевством Залда?! Мы ни за что не примем такое унижение, даже если в итоге это будет грозить нам поражением!
Стояла полночь. Время, когда большинство жителей города уже спали. В это время из одной из комнат в королевском замке раздался громкий голос. Этот голос был наполнен яростью, львиный рев, гордость которого была задета.
Грахарт смотрел на Рёму глазами, полными гнева. Юльянус заранее приказал остальным покинуть эту комнату, но из-за того, насколько громким был крик, все непроизвольно посмотрели на дверь комнаты. Такой громкий голос был хорош для того, кто командует в бою, но он был неуместен в разговоре один на один.
Горькие улыбки появились на лицах Елены, сидящей рядом с Рёмой, и женщины, которая сидела слева от Грахарта.
— Вопроса о том можете или нет, не было. На самом деле, другого выбора нет… Или вы хотите быть уничтожены Ортомеей?
Рёма ответил, даже не сменив своего тона, принимая весь гнев Грахарта.
— Что ты сказал?! Мы еще никому не проиграли! Твое предположение – пустая теория. Если бы здесь были представители только нашего королевства, то тогда мы могли бы проиграть, но теперь с нами и королевства Розерия и Мист, поэтому думаю, сейчас это невозможно. И если ты думаешь, что две другие страны примут это предложение, то ты просто безумец!
— Но это действительно так… Тогда, Грахарт-сан, у вас есть другой план для победы в войне? Конечно, есть несколько способов, которые смогут отложить исчезновение королевства на несколько лет, но если вы хотите спасти королевство Залда и победить… Нет, другого выбора у вас нет…
— Мы как раз и собирали военный совет, чтобы обсудить такие вещи! В то время вы молча сидели в углу комнаты, а теперь посмотри на себя, сидишь тут и важничаешь! Ваше Величество! Я согласился организовать эту встречу только из-за репутации Елены-сама, но думаю, что больше не позволю этому продолжаться! Все это пустая трата времени. Прошу, возвращайтесь в свои покои.
Грахарт повернулся к Юльянусу, чтобы убедить того уйти. Но король ответил ему, поглаживая свою белую бороду и прищурив глаза.