Таинственный сосновый бор.
Ранее, когда двойник Сарумана не сумел пробить туннель к вершине горы, он приказал оркам собирать снег, растапливать его и в спешке доставлять его к подножию. Используя метод конденсации, они, хоть и медленно, но проделывали свой путь наверх.
Несмотря на бесчисленные потери среди орков, которые полегли от обморожения, этот способ прокладывания пути оказался более эффективным, нежели вгрызание в толщу горы.
Однако чем выше уходила дорога, тем опаснее было дальнейшее продвижение по ней, она была сделана изо льда, но это был не тот лёд, который веками лежит в горах и своей твердостью может соперничать с твёрдыми породами, это был обыкновенный ледок, который еще несколько часов назад был водой. Поэтому орков приходилось постоянно гонять счищать снег, дабы дорога не рухнула под огромным весом.
Но это не могло спасти дорогу от лавины. Послышался громкий треск и тысячи тонн снега и льда гигантским белым водопадом рухнули на ледяную дорогу, снесли её и устремились дальше вниз.
В отдаленной ледяной долине, залитой ярким солнцем, стояла мертвецкая тишина, прерываемая лишь раскатами лавин и заунывным гудением зимнего ветра.
Вдруг из сугроба показалась красная, обмороженная рука. Нащупав камень, рука крепко схватилась за него и вытащила за собой остальное тело. Это был Шэянь.
В ушах у него звенело, в глазах было темно, совершенно обессиленный, он рухнул на снег, жадно вбирая в себя воздух.
Шэянь тоже попал под лавину, которая снесла ледяную дорогу. Но ему повезло, он откатился под выступ, который защитил его от страшной силы несущегося вниз снега и льда. Его немного посекло осколками льдинок, но снег быстро накрыл Шэяня своим покрывалом, спрятав его от ледяного ливня.
Быть погребенным под снегом…звучит как смертный приговор, но всё таки это не то же самое, что быть погребенным под землей или толщей воды. По сравнению с водой или землёй, снег хорошо пропускает воздух, тем самым не давая погребенному задохнуться.
Шэянь упал далеко не сразу, именно поэтому его и не похоронило глубоко под снегом. Придя в сознание, он кое-как выкарабкался из снежного плена.
Распластавшись на снегу, Шэянь чувствовал жгучую боль в груди, но она со временем отпускала.