Сун Фей, стоявший на борту [Александра I], отыскал глазами в толпе окруженных городовыми Брука и Беста.
— Вы приехали немного раньше, чем мы думали… — Бест, поднимаясь на корабль, оправил на себе одежду и прическу, и только потом подошел к Сун Фею, похлопал его по плечу, как тесть зятя, расплывшись в довольной улыбке.
Хотя прошло всего полгода, Бест очень постарел. Виски стали полностью седыми, он осунулся, и хотя глаза были по-прежнему бодрыми, в них читалась усталость.
Сун Фею стало стыдно.
Пока эти полгода Сун Фей командовал армией, все большие и малые дела королевства опустились на плечи Беста и еще нескольких человек. В Чамборде и так было много проблем и мусора, да еще перестройка – всем этим Бест самоотверженно занимался эти полгода.
— Папа!
Анжела выскочила из-за спины Сун Фея и бросилась на грудь к старому отцу. Она еще никогда так надолго не разлучалась с ним, и сейчас она крепко обнимала его.
— Брук, я так вам благодарен за ваши труды.
Сун Фей перевел взгляд на стоявшего рядом верного министра.
Прежде крепкий мужчина — сейчас сильно исхудал, под глазами залегли глубокие тени от бесчисленных бессонных дней и ночей. Из-за свалившихся на его плечи забот по военной части, у него совсем не было времени совершенствовать свое боевое искусство, и он так и не перешел на пятизвездный уровень, несмотря на [Зелье Халка] и подаренную Сун Феем редкую книгу.
В прежние времена он был одним из сильнейших мастеров Чамборда.
Но сейчас даже прежде хилый Торрес перешел на уровень восьми звезд и отточил искусство стрельбы до совершенства.
Но для Сун Фея, Брук все еще был самым незаменимым помощником.
От взгляда на него, его чувство стыда только усилилось.
Потому что его Величество знал, что даже по сравнению с Торресом, Дрогбой и остальными, Брук был наиболее одарен, и если бы он тратил
время на тренировки, а не на дела города, то он бы, возможно, уже вступил в лунный уровень.
— Стараться для вашего Величества и народа королевства — большая честь для меня, — опустившись на одно колено, ответил Брук. Увидев короля, он тоже страшно возбудился, голос его слегка дрожал. На нем были надеты те, покрытые царапинами и следами от ударов, доспехи, в которых он вместе с королем сражался с черной армией, они много для него значили.