Бешено горело пламя, испуская огромное количество тепла. Даже камни вокруг становились мягкими, чуть ли не превращаясь в магму. Чёрный дым устремлялся ввысь, чувствовался запах серы. Такая картина походила на ад, где повсюду царила атмосфера смерти.
В таком состоянии сейчас находилась городская резиденция.
Главный зал был уничтожен энергетическим умением лунного ранга [Огненная глыба], который неоднократно применил Дони, и последовавшим затем внезапно таинственным взрывом. Ничего не уцелело от взрыва, повсюду лежали огромные куски щебня. Два боковых зала теперь тоже были разрушены. Среди щебня смутно выделялись оторванные конечности и разорванные белые одеяния, запятнанные чёрной кровью. От одного лишь взгляда на эту картину хватало, чтобы прийти в глубокое потрясение.
Ауры в воздухе почти затвердели.
Ранее сражавшиеся Дони и мастера Чамборда были откинуты на 20 метров ударной волной недавнего взрыва и, ещё не оправившись от испуга, наблюдали за развернувшейся перед ними трагической картиной. Из-за того, что Дони получил травму, непрерывно использовал энергетическое умение, был сбит ударной волной, и ещё до этого в сражении с мастерами Чамборда понёс внутренние повреждения из-за их необыкновенной энергии, какое-то время энергия Дони не особо слушалась его, а его раны обострились. Он потерял много жизненной силы и не мог просто так покинуть это место. Люди Чамборда тоже были сбиты взрывной волной, получили лёгкие и тяжёлые раны, но, к счастью, они находились не в центре взрыва, а потому им не угрожала смертельная опасность. Больше всех опасность угрожала находившимся ближе всех к главному залу Лэмпарду и Торресу. Взрывная волна неоднократно ударила Лэмпарда. К счастью, среди остальных людей Чамборда он был самым сильным, поэтому наспех защитил жизненно-важные части тела энергией электричества и только отлетел от удара, не получив особо тяжкие раны. А Торрес стоял на верхушке главного зала. После того, как он отлетел от удара, он применил одну особенность, присущую энергии ветра, и понёсся по ветру, как пушинка, приземлившись на взорванные камни. Он почти не получил ранений.
Люди Чамборда увидели эту адскую картину, и в их сердцах пробежал холодок.
Принцесса Анжела и дева-воительница Елена, они…
— Убью его, убью его, отомщу за принцессу… — взбешённый надзиратель Олег походил, прямо-таки, на окровавленного человека. Его глаза налились кровью, он бешено устремился вперёд, пользуясь тем, что энергия Дони ещё не пришла в порядок. Он внезапно крепко обхватил этого мастера начального уровня молодой луны, стал его сжимать, послышался хруст костей. Олег собирался задушить врага грубой силой.
У Дони изо рта пошла кровь, он почувствовал, как в глазах стало темнеть, и уже почти задохнулся в объятиях этого обезумевшего здоровяка. Кости с хрустом ломались. Дони яростно боролся из последних сил, колотя ладонями по рукам Олега и издавая грозный рык:
— А-а, больно! Убирайся, проваливай вон, ничтожная мразь. Тебе конец! Отпусти меня, а-а-а-а!!!
Дони владел огромной мощью, с каждым ударом ладонями с хрустом ломал кости маленьких рук Олега.
— Даже не думай! Умрём вместе, умрём вместе. Ты убил Её Величество, ты убил принцессу Анжелу, ты уничтожил мой шанс стать хорошим, а-а-а, умрём вместе! — лицо Олега побледнело, его маленькие руки были почти расколоты врагом. Он лишь полагался на мышцы, соединённые с костями, но он как будто не знал, что такое боль. Руки намертво сковали Дони, не соглашаясь его отпускать, и всё так же старательно сдерживали врага.
Теперь надзиратель Олег окончательно впал в бешенство.
Изначально он являлся приспешником изменника Чамборда, министра Баззера, и был тираном, которому никто в Чамборде не осмеливался протестовать. После того, как Его Величество взял в свои руки власть, то многие люди потребовали казнить Олега, но Сун Фей, пользуясь высоким авторитетом и властью короля, защитил этого предателя, которого все презирали и ненавидели, предоставил ему возможность увеличить свою силу и неоднократно давал ему шанс искупить свою вину. Поначалу Олег усердно себя вёл, чтобы только сохранить свою шкуру, но впоследствии постепенно стал чувствовать, что народ начал смотреть на него по-другому. Презрение сменилось восхищением, отвержение сменилось принятием. А Олег, в свою очередь, от такой смены восприятия испытал небывалое ощущение успеха и чувство удовлетворённости. Впервые он почувствовал, насколько великолепно быть “хорошим человеком”.
Олег поклялся, что и дальше будет вести себя так славно.
И обязательно станет таким же важным помощником Его Величества, как Пирс, Дрогба, Торрес и Чех.