Цин Янь вздохнула: «Мы тоже не знаем. С самого начала образования нашей секты мы занимались только своими делами и всегда вели себя уважительно с остальными. Мы никогда никого не обижали, и все же той ночью, в нашу секту пришла женщина и убила боевую сестру в библиотеке, не произнося ни слова. И затем она начала убивать больше, гораздо больше. Она была так жестока!!».
Монахиня выглядела очень робкой, поэтому Е Мо спросил: «Вы знаете, может пропала какая-то важная сутра?».
Цин Янь покачала головой: «Нет, мы не потеряли ни одного культивационного метода, но пропала пара Сутр Дао Де, которые находились у нас в библиотеке».
«Сутра Де Дао?», лицо Е Мо изменилось. Он был более чем знаком с этой книгой. В семье Хуо, когда он с Луо Сянь искал Сутру Ни Луо,и она была спрятана именно в Сутре Дао Де! Эта женщина приходила за Сутрой Ни Луо? Также он нашел внутри золотой лист, но так и не смог ничего узнать об этом.
«Что-то не так, Юный Герой Е?», Цин Янь посмотрела на Е Мо странным взглядом. Его реакция не была нормальной, не так ли?
«Ох, ничего, я просто задумался, зачем ей понадобилась Сутра Де Дао. Эти тома являлись важным наследием вашей секты?», быстро спросил Е Мо.
«Наследием?», покачав головой, горько улыбнулась Цин Янь.
Словно решив больше ничего не скрывать, она застыла на мгновение, а потом произнесла: «У нас есть только наследие, оставленное нашим первым предком, но после пары сотен лет, мы даже не знаем, настоящее ли оно или нет. Мы передаем его потомка, но та пара томов Сутры Дао Де не были его частью».
«Мастер, что тогда наше наследие?», задала молодая монахиня тот вопрос, который сам Е Мо задать не мог.
Цин Янь вздохнула и ответила: «Это всего лишь одна фраза: один лист, один мир – один мир, три тысячи листов. Мы даже до сих пор не знаем, что это значит».
Их наследием было просто предложение? Не только Е Мо был удивлен, но и остальные члены секты.
Е Мо слышал только об «Один цветок, один мир – один лист, один – три». Он никогда не слышал больше всех этих листах и мирах. К тому же в предложении «Один лист, один мир – один мир, три тысячи листьев» сплошное противоречие.
«Когда предводительница передавала это предложение, она сказала, что как только кто-то из учеников поймет, что это значит, наша секта преобразуется. Но пока еще никто не смог понять, что это значит», Цин Янь покачала головой и вздохнула.