.
Возвращение (Часть 2)
— Вот и все, — сказав это, Лу Шэн закрыл глаза.
Он считал, что принял правильное решение. Тщательно все обдумав, он решил не оставлять секту четырех морей в руках Ло Чэна. Бремя управления ресурсами и бесчисленными экспертами было бы не благословением для потомков семьи Ло, а проклятьем.
Поэтому он даровал поколениям семьи Ло беззаботное существования. Пока пять Божественных Владык и девять великих морских кланов входили в секту четырех морей, согласно скрепленному ключом договору, они должны были предоставлять семье Ло нужные ценные ресурсы. Именно этого требовали от них чрезвычайно мощные руны формации.
Пока он будет якобы жить в уединении, секта Четырех Морей сохранит уважение к семье Ло. По крайней мере на ближайшие пару сотен лет. Что будет потом предугадать было невозможно.
Лу Шэн не мог гарантировать, что семья Ло сможет и дальше наслаждаться таким процветанием.
Ничто в мире не длится вечно, поэтому его имя не сможет вечно защищать семью Ло. Никто не стал бы упрекать его в мерах, принятых в расчете на несколько сотен лет.
Лу Шэн подробно объяснил старику еще несколько важных моментов. Он хотел, чтобы тот озвучивал его приказы секте с определенным интервалом.
Закончив с объяснениями, он, медленно поднявшись на ноги, спустился с белой нефритовой платформы. Пешком дойдя до дворца, направился в его самую глубокую часть.
Тяжелая каменная дверь, преградившая путь в черный, как смоль, зал, медленно распахнулась. Войдя внутрь, увидел плотный ряд синих факелов.
Кроме них там был круг из сотни белых свечей, в центре которого стояла еще одна огромная свеча.
Выстроенные кругом свечи горели темно-синим пламенем. Центральная свеча оставалась незажженной.
Медленно пройдя вперед, Лу Шэн остановился именно перед этой свечой-одиночкой. Молниеносно наложил несколько ладонных печатей. Получив тысячу формул мастерства секты Жизненной Энергии, он объединил их с формулами мастерства заморского региона. Потом, используя Deep Blue, освоил всю эту тысячу техник, потратив на все про все тысячу единиц Ментальной Энергии. Никто в этом мире не мог превзойти его в знании и понимании.
Изучив суть формул мастерства этого мира, Лу Шэн получил полное представление о местной системе культивирования.
— Пуф!
Последовала еще одна ладонная печать, опустившаяся на фитиль большой свечи.
В следующее мгновение на свече вспыхнуло темно-синие пламя.
Это была призрачная свеча, сделанная из чрезвычайно редкого глубоководного минерала. Эта свеча могла гореть тысячу лет. И если вовремя ее заменить, формацию можно было поддерживать бесконечно долго.
Свет призрачной свечи олицетворял жизненную силу даоса, который ее зажег. Она показывала, жив ли еще человек.
Пока человек был жив, призрачная свеча продолжала гореть. Это была так называемая свеча души, о которой постоянно твердили культиваторы.
— Если сравнивать даосские техники с техниками Великой Инь и Духовного Пути, они имеют некоторое сходство, как в культивировании внутренней Ци, так и внешней.
Запалив духовную свечу, Лу Шэн, усевшись на скрещенные ноги, медленно закрыл глаза.
— Бжжж! — двери дворца плотно закрылись. Гора, осветившись, покрылась лучами трехцветного сияния — зеленого, синего и белого. Слабые голубые узоры начали появляться на поверхности земли, расползаясь в стороны виноградными лозами. Когда они начали выпускать леденящий кровь морозный воздух, гору бессмертных объяло холодом.
Сердце лысого старика, только что покинувшего гору бессмертных, внезапно сжалось от нехорошего предчувствия. Поспешно обернувшись, он увидел постепенно исчезающую за слоями молочного тумана гору бессмертных.