Цзян Чэнь не был удивлен попыткой Янь Хунту указать ему на его место. Даже если бы Дань Чи не предупредил его об этом заранее, он бы все равно ожидал чего-то подобного.
Все-таки он был здесь чужаком и вдруг занял место на территории основных учеников. Глупо было бы ждать, что все сразу же примут его с распростертыми объятиями, особенно учитывая его репутацию. Мудрец лично решил вступить в союз с Сектой Дивного Древа из-за Цзян Чэня!
Одного этого было достаточно, чтобы навлечь на Цзян Чэня общественное осуждение.
Все здесь были гениями, а какой гений захочет подчиниться другому?
Цзян Чэнь был гением из незначительного местечка, и вдруг Дань Чи начал уделять ему так много внимания. Кого бы это не задело, кто бы не затаил обиду в такой ситуации? Многие ли смогли бы подавить в себе даже малейший намек на зависть? И Янь Хунту не стал исключением. Само собой, Цзян Чэнь тоже знал, что некоторых вещей избежать невозможно: чтобы выжить в секте, с некоторыми трудностями нужно встретиться лицом к лицу.
— Молодой господин, похоже, и в Розовой Долине нам не видать покоя. Здесь полным-полно подлецов, — сердито пропыхтела Гоуюй.
Цзян Чэнь оставался невозмутим.
— Где люди, там и цзянху (1). А где цзянху, там и конфликты. Давайте же расслабимся и отдохнем с дороги.
Он собирался вернуться во двор, когда до него донесся другой голос:
— Даос Цзян Чэнь, пожалуйста, подождите.
Повернув голову, Цзян Чэнь увидел молодого человека, стоявшего в нескольких шагах от него. В нем было какое-то естественное изящество, его брови были тонки, а одеяние напоминало рясу священника. Из-за всего этого в нем чувствовалась удивительная одухотворенность, столь нетипичная в таком юном возрасте.
— Меня зовут Му Гаоци, я недавно стал основным учеником; я был последним, пришедшим в Розовую Долину до вашего появления. Я слышал о вас и решил нанести вам визит. Я вам не помешал?