Тан Хун и Лю Вэньцай, стиснув зубы, старались пробраться поближе к арене. Но экзаменаторы немилосердно отталкивали их и загораживали проход.
Лун Цзюйсюэ холодно рассмеялась и покачала головой:
— В конце концов, он оказался всего лишь неотесанным мужланом, валяющимся в грязи, не более того. Теперь, когда он встретил достойного соперника, ему остается лишь упокоиться навеки.
Очевидно, Лун Цзюйсюэ уже предвкушала смерть Цзян Чэня.
Лэй Ганъян ухмылялся, чувствуя близкую победу. В его надменной улыбке явно читалось тщеславие победителя.
Однако…
Цзян Чэнь невозмутимо стоял посреди урагана из электрических змей. Сохраняя твердость духа, он спокойно смотрел вперед, словно не замечая бесчисленных электрических змей, заполонивших небеса. Он выглядел так, словно не ждет ничего опаснее легкого дождика.
Он неторопливо направил свой клинок на небеса.
В следующую секунду электрические змеи, словно повинуясь чьему-то приказу, превратились в багровые энергетические потоки и собрались на кончике клинка.
И тут клинок каким-то волшебным образом без труда поглотил всех электрических змей.
В мгновение ока огромное море электрических змей, которые заполонили небо, был поглощено безымянным клинком Цзян Чэня.
Глаза Цзян Чэня были яркими словно звезды и источали холодный, пронзительный свет. Он направил клинок на Лэй Ганъяна и спокойным тоном произнес:
— Чем еще удивишь?
Электрические змеи?
Цзян Чэнь впитал ветвь Дерева Грозовой Тучи. С тех пор он стал невосприимчив к грому и молниям. Более того, в своей прошлой жизни он овладел бесчисленными методами контроля над этими элементами. Хотя багровые молнии казались невероятно мощными, в конце концов, они принадлежали седьмой духовной сфере. Управление ими не составило для Цзян Чэня особого труда.
«Что?» — Лэй Ганъян резко переменился в лице. Этот мирской практик смог без труда расправиться с его электрическими змеями, которыми он так гордился!
Этот Цзян Чэнь…
Он вообще человек?!
Несмотря на всю свою самоуверенность, Лэй Ганъян начал паниковать.
Все его самые мощные атаки были отражены противником, причем противник оставался невероятно спокойным и невозмутимым.
— Лэй Ганъян, я сказал, что дам тебе нанести 10 ударов. Ты значительно превысил этот лимит. Теперь попробуй совладать с моей атакой!
Безымянный клинок был подобен яростному зверю из древних времен, который очнулся после долгого сна. Он тут же стал единым целым с Цзян Чэнем и почти мгновенно образовал невероятно могущественную ауру.
— Финальная форма Рассекающего Потока Безбрежного Океана – Увядающий Океан!
От этого приема океаны превращались в тутовые деревья и обратно, океаны высыхали, а камни рассыпались в прах.
Таинства, заключенные в этом ударе, вырывались за пределы циклов реинкарнации и даже целых эпох; мощь этой техники прорывалась сквозь измерения из глубины веков.
Казалось, этому клинку суждено насквозь пробить саму реку времени и обрести в вечности бессмертие.
В эту секунду Цзян Чэню раскрылась вся мощь, весь смысл, вся суть Рассекающего Потока Безбрежного Океана; его безграничная сила была вложена в этот бесподобный удар. Поистине, никому еще не доводилось видеть подобного удара.
Когда клинок со свистом опустился вниз, казалось, что он способен пронзить саму эпоху, мирские королевства, бескрайние океаны и само бытие.
На арене воцарилась гробовая тишина.
Даже предки оказались заворожены таинствами этого удара.
Они не могли понять его, не могли постигнуть его сути. Глубочайшие таинства этого удара были неподвластны их пониманию техник фехтования, да и пониманию любого жителя шестнадцати королевств.