В данный момент единственными, кто находился в более-менее приличном состоянии оставались Уруши и Зельсрид. Впрочем, говоря о «приличном состоянии» я имею в виду только то, что они не были присмерти.
И тем не менее, лишь они имели в своём распоряжении достаточно маны, чтобы поделиться со мной.
Теперь осталось решить, как именно мне получить от них ману. Воспользоваться насильным поглощением? Но ведь Зельсрид пользуется скверной вместо маны.
Даже если мне удастся её вытянуть, я не знаю, как конвертировать её в ману.
Впрочем, говоря о скверне, я недавно получил навык под называнием «Контроль скверны». Быть может, с помощью него мне удастся конвертировать скверну?
И всё-таки, как не погляди, но мне нужно какое-никакое согласие от Зельсрида. Рассказав об этом Фран, я попросил её спросить у Зельсрида разрешения на процедуру.
— Эй, ты.
Фран! Я понимаю, что ты с ним в не самых лучших отношениях, но может стоит разговаривать хоть немного вежливее?
— Что?
Однако, несмотря на грубый тон Фран, Зельсрид оставался с невозмутимым выражением лица. Хотя едва ли он мог назвать такой тон вежливым даже по своим меркам, Зельсрид во всём внимании приготовился услышать то, что скажет Фран.
— Я хочу помочь Лейн, но у меня не хватает сил. Передай мне свою.
— Хорошо. Используй, как тебе хочется.
Зельсрид ответил положительно, не промедлив ни секунды. Быть может, он с самого начала решил, что он согласится на всё, что бы Фран не приказала.
По крайней мере, это объясняет скорость, с которой он принял это решение.
Но рядом всё ещё находился кое-кто, не согласный с таким положением вещей.
— Постой. Скажи, это несёт опасность для дяд… Для господина Зельсрида? К тому же, обычному человеку крайне трудно управится со скверной.
— Сказал Сьерра, глядя на Зельсрида беспокойным взглядом. Что ж, оно и понятно, спасение Зельсрида было одной из важнейших миссий для Сьерры. Выбора нет.
Я бы и сам, несомненно, заволновался, если бы кто-то, кому я не доверяю попросил бы Фран поделиться своей маной.
— Это способность моего меча.
— …Я конечно понимал, что меч у тебя непростой, но неужели у него правда есть такая способность?
— Угу.
— И всё-таки…