Наступила ночь того дня, когда подражатель напал на грузовой корабль.
Вернувшись в лагерь, мы устроили собрание с Киароной и остальными для обсуждения результатов дня. По окончанию дня сопровождающие имели право дать несколько советов подопечным ученикам в организованной форме.
Посему, Фран и Чарльз решили вынести на свет несколько промахов, которые ученики допустили при выполнении поручения. Несмотря на низкий ранг, Чарльз знал это озеро как свои пять пальцев.
Так что касательно сбора ресурсов и методов поиска на этой территории он мог дать более качественные советы, чем Фран.
По завершению собрания, Фран направилась к палатке, где находилась её постель. Так как с нами был ещё и Уруши, нам была выделена одиночная палатка.
По дороге в палатку, мне на глаза попалась маленькая тень, лежащая в зарослях. Это было не животное, так как было по силуэту было ясно видно одежду. Это был маленький ребенок. Ромио.
Нет, я конечно заметил его ещё раньше при помощи «Ощущения присутствия», но только приблизившись стало ясно, что состояние у него странное. Его щёки и лоб были красными, а дыхание — прерывистым.
— … !
Фран в спешке подбежала к нему, и подняла на руки. Судя по всему, у него довольно сильный жар. Его округлые мягкие щёки, отличительная особенность малышей, были охвачены красным, а на лбу проступили капли пота.
— …
Ромио открыл глаза и посмотрел на Фран, но, казалось, у него не было сил даже чтобы открыть рот. Фран даже не спрашивала, в порядке ли он. Очевидно, что он был не в порядке.
*(Наставник, что делать? Вылечить магией?)* (Нет, погоди с магией восстановления) *(Почему?)* (Ей ты можешь ещё сильнее истощить его выносливость…)
Я слышал, что если использовать магию восстановления на маленьком ребёнке, не развившим своё тело, то можно ненароком отнять у него остатки выносливости, и усугубить ситуацию.
То же самое касается зелий. И я не знаю, травма ли это, болезнь, или же просто недомогание вследствие переутомления. Просто магией дело не решишь.
Использовав оценку, я попытался понять причину изнеможённого состояния мальчика, однако не знал, насколько можно было верить полученной информации.