Переводчик: Приднестровье Редактор: Приднестровье
Является ли Черная Черепаха нефритовый кулон ключом к этой окрашенной двери?»Эта мысль внезапно пришла в голову Мэн Ци, когда он погладил кулон, который был размыт нижней аурой.
Должен ли я попробовать кулон перед Doumu или я должен вернуться тайно после ухода отсюда? В его голове мелькали разные идеи, поэтому он немедленно решил попробовать прямо сейчас.
В конце концов, он не знал, что произойдет за дверью. Если бы он не мог справиться с этим, то чувствовал бы себя гораздо спокойнее, если бы прародитель Думу сопровождал его самого. Была еще одна возможность, что старый Чжун тайно слил сообщение мифам, которые, вероятно, скоро прибудут сюда, и если это так, их усилия будут потрачены впустую.
Кулон из нефрита черной черепахи можно было проследить до того времени, когда он приобрел древние книги и записи беззаботной долины.
«Фея е, у меня есть нефритовый кулон, который подходит к замочной скважине”, — сказал Мэн Ци.
Он не упомянул ее предысторию,оставив е Юци гадать наугад.
Мельком взглянув на кулон в его руке, е Юци ничего не спросила, но кивнула головой, показывая ему, чтобы он попробовал кулон.
Мэн Ци был собран, стоя перед каменной стеной. Он ощущал окружающее, сливаясь своим внутренним миром с небом-землей. Внезапно в его ушах зазвучали старые и неземные голоса. Хотя он слышал только легкий шум воды, он чувствовал, что умирает.
“Я действительно слышу звук преисподней… » — мрачно сказал Мэн Ци.
Подойдя к нему, е Юци сказал после некоторого раздумья: «этот звук вечен.”
Может, мне его открыть? Мэн Ци стал немного амбивалентным. Если бы «Преисподняя», древняя великая держава, ждала, когда кто-то откроет дверь, он бы поставил себя в крайне опасное положение.
Однако все места, мимо которых они проходили, не имели никаких следов, связанных с Чжэньву, ни дорог, ни потайных комнат. Если они хотели продолжить выполнение серийного задания, то должны были открыть дверь.
С тех пор как прошли миллионы лет, Преисподняя либо умирала, либо была мертва, так что беспокоиться о ней не приходилось. Стиснув зубы, Мэн Ци вставил кулон в замочную скважину.
С саблей в правой руке и “струящимся огненным” мечом, пристегнутым к поясу, он сделал шаг назад, ожидая результата.
Черепаха представляла собой комбинацию черепахи и змеи. Сильно потертый кулон идеально подходил к замочной скважине.
Темный свет внезапно засиял ошеломляющей аурой, как будто черепаха и змея ожили. Свет был глубок, как бескрайний океан.
Кулон сверкал кристально зеленым светом, который становился все ярче. С треском она рассыпалась в прах. Раскрашенная дверь стала настоящей, с характерным контуром и выпуклыми краями и углами.
Мэн Ци толкнул ее левой рукой, и затем каменная дверь легко распахнулась, открывая ее внутренность.
Густой красный туман был подобен сгущенным каплям, окутывающим все вокруг и затуманивающим их зрение.
С саблей и мечом соответственно в руках, Мэн Ци вошел внутрь вместе с Е Юци. Когда старый и неземной звук замер около его ушей, он почувствовал, что его чувства отключились. Его разум стал неразумным, а жизненный дух беспокойно раскачивался, словно омытый потусторонней пружиной.
Он ввел свои апертурные акупунктурные точки, заставляя большое Солнце и звезды летать вместе. Поскольку Небесный был высоко в небе, а его жизненный дух находился в исходном положении, его бессмертная Прародительская форма внутренне проявилась, и он сумел успокоиться.
Когда призрачный шепот зазвучал рядом с его ушами, он шаг за шагом двинулся вперед, окруженный туманом, как будто был обременен тяжелой водой. Напротив, е Юци был довольно расслаблен. Звезды за ее спиной превратились в снег, а затем закружились в туманности. Оно было ярким и мечтательным, отгоняя от нее туман.
Через некоторое время они увидели, что туман, сконденсировавшийся в водяные потоки, окутал черный гроб.
Она казалась очень тяжелой и давила на седую землю, раскалывая ее. Черные туманы внутри него поднимались вверх, но они не могли проникнуть сквозь красные волны.
Мэн Ци сначала был удивлен, удивляясь состоянию «преисподней». Затем он перевел взгляд на древние письмена, выгравированные перед гробом.
— Вот это и есть Преисподняя, которая была подавлена Женву!”
“Дьявольски ополаскивающий прародитель, это действительно он, — мягко сказал е-Юци.
Несмотря на всю свою силу, она бессознательно понизила голос, словно боясь разбудить подавленный Нижний Мир.
Мэн Ци почувствовал некоторое облегчение, так как они наконец нашли следы, оставленные Чжэньву.
Они шагнули вперед, и их зрачки одновременно сузились; они увидели крошечную щель в крышке гроба.
Волосы Мэн Ци снова встали дыбом, и появилось множество пугающих мыслей.