Мало того, что они с Гансеном уничтожили мак, но этот старик так вошел в роль, что начал вымогать у него тысячу золотых!
Сейчас он вернет ему долг!!
Удар огненного кулака отбросил старика на возвышение в передней части храма. Стена с Иисусом обрушилась.
Старик начал захлебываться кровью. Кожа на его животе и груди обуглилась.
Теперь его настрой стал совсем другим. Старик злобно посмотрел на Мо Фаня.
— Думаешь если нашел этот храм, значит одержал победу? Победа принадлежит госпоже Салан!! – воскликнул старик.
— Совсем недавно твоя госпожа сбежала от меня, как побитая собака. Не стоит слепо верить вашим кардиналам… Кстати, я понимаю вашу концепцию отправления в страну мертвых. Думаешь после смерти попадешь в местечко, которое приготовила вам Салан? Не тут-то было, у меня есть для вас место в преисподней. Не знаю насчет Салан, но моя темная преисподняя обеспечит тебе вечные муки! – сказал Мо Фань.
По обе стороны от старика появились темные воины. Один из них был именно тем воином, который убивал своих жертв с особой жестокостью.
Тот самый воин, который выколол монаху глаз, а потом начал душить его руками.
Первым делом он одел на голову жертвы темный мешок, совсем как делают палачи, чтобы публика не видела ужасных кривляний приговоренного.
Затем в руках темного воина появилась веревка. Он связал старика в такой странной позе, как будто готовил его к страстям Христовым.
Затем темный воин достал свой самый острый клинок и начал словно скальпелем выкорчевывать душу старика.
Мо Фань покачал головой.
Старику не повезло. У Мо Фаня столько темных воинов, но ему достался креативный.
Такая разделка души не могла закончиться за пару минут. Мо Фань выпустил еще черной энергии, дав темному художнику побольше времени, а сам пошел на поиски улик.
………..
— Алло, Чжу Мэн, это Мо Фань.
— Мо Фань, и чем я обязан твоему звонку? Неужели опять что-то натворил и хочешь, чтобы я тебя отмазал? – в трубке раздался озадаченный голос Чжу Мэна.