Том 20, глава 36 – Девять Высших Экспертов
В воздухе над горами Бирс, Линлэй и Даннингтон, совершенно не колеблясь, превратились в два размытия и с разных сторон, беря в клещи, атаковали Баллмера! Устойчивость материальной Плоскости была гораздо ниже, чем у того же Царства проклятых и поэтому Линлэй и Даннингтон могли передвигаться на невообразимой скорости… это выглядело сродни телепортации.
«Атакуете? Ха-ха…».
Дикий смех Баллмера распространялся эхом по небесам, в то время как всё его тело начло пылать огненными языками пламени, которые вращались вокруг него. Жар вокруг него был настолько высок, что трещало само пространство. Баллмер не стал обращать никакого внимания на Даннингтона, вместо этого он ринулся прямо к Линлэй
«Осторожно», — мысленно предостерег Даннингтон.
Однако, глядя вперед, Линлэй лишь спокойно рассмеялся.
«Вбюх~~!».
Баллмер превратился в полосу огня, которая прошла прямо через тело Линлэй, а затем вновь принял человеческий облик, но уже за спиной Линлэй.
«Та же техника, которую использовал Синий Огонь», — засмеявшись Линлэй повернулся.
«Как так… почему он даже не отреагировал?», — изумился Баллмер.
У Парагонов, тренировавшихся в Законах Огня, были определенно самые мощные атаки. Их материальные атаки и духовные атаки были чрезвычайно сильны.
«Духовная атака? Слишком слабая», — глядя на Баллмера засмеялся Линлэй. С точки зрения силы души, как Баллмер мог сравниться с мутировавшей душой Линлэй? Да и к тому же, Линлэй владел защищающим душу артефактом Владыки!
«Моя очередь», — вдруг двинулся Линлэй.
Оружие из Божественных искр, Мираж, неторопливо рубануло в сторону Баллмера. Пространство лишь слегка вздрогнуло… и Мираж, казалось, телепортировался, появляясь непосредственно перед Баллмером. Скорость атаки Парагона была гораздо выше, чем скорость передвижения… Баллмер попросту не мог увернуться.
«Хмпф», — Баллмер не испугался. Атаки Парагонов Огня были чрезвычайно сильны. С переворотом кисти в его руке появился пламенный красный большой меч.
«Лязг!».
Огненный меч и Мираж столкнулись.
«Вот это сила», — Линлэй почувствовал дрожь в руке, но это была лишь его ладонь, остальные силы были погашены. После слияния с четырьмя типами Божественной силы и трансформации тела, теперь Линлэй был слишком силен. Даже без Драконьей формы, его физическая сила ранжировалась в десятке лучших во всей Вселенной!
Иметь оборонительный артефакт Владыки и тело, которое сродни артефакту Владыки… это были две совершенно разные вещи.
Имея оборонительный артефакт Владыки увеличивалась лишь защита… но это не значит, что увеличиться физическая сила.
Но для кого-то, чье тело было сродни артефакту Владыки… одна грубая сила такого человека была бы ужасающе велика.
Например, Бейрут или Хеммерс… их тела были попросту слишком сильны. У них было слишком много грубой силы. Даже не достигнув уровня Парагона, их материальные атаки были сопоставимы с атаками Парагонов.
Что касается Линлэй, его грубая сила была не хуже, чем у Бейрута или Хеммерса. Кроме того, он обладал силой Воли!
Для него это значило лишь одно…
Слабую дрожь в ладони… в то время как Баллмера отшвырнуло далеко в обратном направлении.
«Взрыв!».
Тело Баллмера свирепо врезалось в гору и противодействующая сила от столкновения передалась горе. Подобная сила смогла с такой легкостью так далеко отшвырнуть Высшего Бога Парагона… как могла обычная гора материальной Плоскости выдержать подобное?
«Грохот…».
Целый слой горных пород превратился в песок, а затем, мощная вибрация захлестнула все горные породы, подобно океанской воле, обращая их в песок. Это было похоже на рябь, которая распространялась на сотни километров, передаваясь даже по воздуху и перепрыгивая с одной горы на другую.
Все горные вершины в пределах сотни километров, казалось бы, были отсечены огромным стокилометровым двуручным мечом. Разрез был чрезвычайно равномерным и плоским.
Ущелье Божественной Кары находилось всего в десяти километрах от места, где сражался Линлэй. Естественно оно было в зоне поражения.
Сотни тысяч воинов в пределах ущелья почувствовали лишь яростную дрожь, а затем…
«Шорох…».
Горные вершины каждой стороны ущелья были полностью превращены в песок, а затем, с шорохом, начали “течь” вниз.
«Отступаем, быстро отступаем!», — начали реветь солдаты.