462. Так уютно
Время не стоит на месте, общество развивается, и влияние современной культуры вездесуще. Ведшие из поколения в поколения кочевую жизнь монголы тоже постепенно изменили свой образ жизни.
Большое количество молодёжи уезжало в роскошные мегаполисы, чтобы найти хорошую работу и взглянуть на более впечатляющий внешний мир. Кто-то уезжал навсегда, а кто-то возвращался обратно на родину.
Но и для уехавших, и для тех, кто дальше продолжал оставаться в этих землях, степь всегда была их домом, их истоком, а также привязанностью и духовной опорой, от которой невозможно было избавиться, даже будучи отделённым тысячами километров.
В песне Лу Чэня «Мой дом – красивая степь» воспевался дух скотоводов, поэтому они были особенно тронуты и ошеломлены.
Они долгое время не могли успокоиться!
«Здорово!»
Рык дяди Кията пробудил до сих пор находившихся под впечатлением от песни людей.
Он, держа в руках большую чашу с кумысом, широкими шагами подступил к Лу Чэню и низким голосом произнёс: «Молодой человек, это самая красивая песня, что я, Кият, когда-либо слышал в своей жизни. Эта чаша для тебя!»
Отец Сувдаа, этот монгольский мужчина, имел богатырское телосложение, грубоватую внешность и тёмно-красное лицо квадратной формы, бурно заросшее усами и бородой. У него был грозный вид, источавший дыхание неукротимости.
Но на Лу Чэня он смотрел с восхищением.
Лу Чэнь быстро отложил моринхур и обеими руками взял большую чашу.
Дядя Кият являлся хозяином этих охотничьих угодий, что было равносильно главе племени. Он лично преподнёс алкоголь Лу Чэню, а потому последний, даже несмотря на уже немалое опьянение, не мог отказать первому.
К счастью, кумыс считался слабоалкогольным напитком, поэтому Лу Чэнь залпом выпил серебряную чашу, не упустив ни единой капли.
«Отлично!»
Дядя Кият снова громко похвалил и показал Лу Чэню большой палец. Остальные скотоводы хором выразили шумное одобрение.
Лу Чэнь своим выступлением покорил эту толпу диких степных мужчин.
Сидевший неподалёку Чжан Кэ, обратив на это внимание, вздохнул про себя. Хотя он был телережиссёром и не имел музыкального образования, но в музыке, безусловно, разбирался лучше, чем обычный человек.
Чжан Кэ никогда не слышал песню «Мой дом – красивая степь», однако произведение с такой изящной мелодией и трогательными словами просто не могло быть никому не известным.
Это можно было объяснить только тем, что это было оригинальное произведение Лу Чэня, которое он сочинил по вдохновению после прибытия в монгольскую степь.
Лу Чэнь славился в шоу-бизнесе сочинительством и был известен как лучший автор-исполнитель нового поколения.
Это был в высшей степени одарённый человек!
Чжан Кэ повидал многих талантливых и способных молодых людей, тем не менее Лу Чэнь произвёл на него самое глубокое впечатление.