Послушавшись советов, а точнее, инструкций Унжо-сана, команда Харухиро занялась приготовлениями к путешествию.
Хербзит расположен к западу от Колодезной Деревни, в трёх днях пути пешком. По дороге придётся разбить лагерь в лесу. В западных лесах йегйорны встречаются редко, но зато там водятся гаугай (инузару). Также там обитают самые разные хищные звери, а ещё дурзой – что, вроде бы, означало «старшие» на местном языке – раса человекоподобных существ с четырьмя руками.
Унжо-сан описал их как свободных охотников, основной добычей которых являются крупные хищники – вагульсы. Дурзой жестоко мстят тем, кто пытается отнять их добычу, и могут быть очень опасными врагами, но если оставить их в покое, то и они не проявят враждебности. Тем не менее, вагульсов следует опасаться, а также всех прочих населяющих лес зверей – сидд, вепонгов и гаугай. Каждое из этих существ охотится по-своему, и, едва почуяв какую-либо слабину, тут же воспользуется ею.
Есть один способ обезопасить себя почти от всех лесных существ – и это колокольчик, вроде того, какой был на фургоне углежога.
Колокольчик удалось купить у кузнеца. Стоил он недёшево – целых двадцать рума – однако, он необходим для того, чтобы пересечь лес, и, видимо, стоит этих денег.
Попросту говоря, в лесу им придётся звонить в колокольчик постоянно. Унжо-сан, разумеется, тоже имел один при себе, но, как он сказал, с одним колокольчиком им будет тяжело. Со спутниками, объяснил он, гораздо проще – кто-нибудь может продолжать звонить, пока остальные спят.
Кроме того, несмотря на низкую вероятность наткнуться на йегйорнов, всё равно стоит опасаться других ядовитых насекомых и змей, в обилии населяющих лес, так что лучше не оставлять кожу открытой во время сна.
Они купили в магазине одежды плотную ткань, чтобы сшить палатки. Также они изготовили новые комплекты нижнего белья из мягкой матери. В продуктовом магазине купили в дорогу продуктов, способных долго не портиться, а также свечи и масло, изготовленное из какого-то растения.
Команда Харухиро считала универсальным магазином лабораторию мудреца Ообу, но настоящим универсальным магазином оказалась продуктовая лавка гигантского краба.
Когда с приготовлениями было закончено, они, ведомые Унжо-саном, покинули Колодезную Деревню.
Сначала они прошли по колее, ведущей к поляне углежога. Там путь не заканчивался. Харухиро с товарищами уже задавались этим вопросом – куда бы они пришли, если продолжили идти? По словам Унжо-сана, дорога со временем привела бы к развилке.
Унжо-сан шёл первым, и колокольчик, свисающий с его рюкзака, мерно позвякивал. Хархиро и остальным пока оставалось лишь следовать за ним. Возможно, им хватило бы и одного колокольчика – но, с другой стороны, наверное, не стоит слишком сильно зависеть от незнакомца.
Углежог, так похожий обликом на кузнеца Колодезной Деревни, что-то делал возле печи. Унжо-сан, вероятно хорошо с ним знакомый, перекинулся несколькими словами, после чего скомандовал привал.
– В этих лесах не найти места безопаснее, – объяснил Унжо-сан, – И в дальше в пути мы не встретим никого более дружелюбного чем он. А теперь отдыхайте.
Из слов Унжо-сан можно было заключить, что в Хербзите их совсем необязательно ждёт тёплый приём.
На девяносто девять процентов Харухиро переполняли тревоги, но один процент надежды удерживал его от отступления. Им необходимы знания – и не просто знания из чужих уст, они должны узнать на собственном опыте, увидеть собственными глазами. Некоторые вещи можно понять лишь тогда, когда испытаешь сам. Не стоит принимать решения полагаясь лишь на то, что услышал от других – в особенности решения, от которых зависит будущее.
После короткой передышки Унжо-сан заявил, что пора отправляться. За поляной углежога открывается мир, совершенно неизвестный Харухиро и его товарищам. Им было не по себе, но Унжо-сан быстро шагал вперёд, и ничего не происходило. Похоже, колокольчик действовал как надо.
В лесу светящийся горный кряж скрылся из вида. Впрочем, днём небо всё равно слегка светлело, и они могли отличать день от ночи.
В тот же день они прибыли к развилке. Унжо-сан выбрал путь, ведущий на юго-запад. Северо-западная тропа, как он сказал, ведёт к склонам гор – в отдалении виднелись их очертания.
Дорога с колеями от колёс не была проложена фургоном углежога; она, судя по всему, существует уже очень давно. Точно так же как и печь углежога – до него ею владел кто-то ещё.
Согласно записям на глиняных и каменных табличках, война между последователями богини света и бога тьмы продолжалась даже после того, как Люмиарис со Скаллхейлом покинули Дарнггар. Обитатели этого мира, разделённые на два противоборствующих лагеря, не смогли прийти к взаимопониманию даже в отсутствии своих господ.
И, каким бы удивительным это не казалось, та давняя распря продолжается и по сей день. Например, мертвецы, на которых охотилась команда Харухиро, это потомки последователей Скаллхейла. Они убивают и пожирают друг друга во имя грядущего уничтожения всего сущего. Жители Колодезной Деревни – потомки последователей Люмиарис, и среди них из уст в уста передаётся пророчество о том, что однажды Люмиарис вернётся, и вместе с ней в Дарнггар вернётся свет. С другой стороны, они считают это всего лишь легендой – как и пророчество о том, что со временем мир сгинет во тьме. Вероятно, их поклонение кукле Кинуко и предметам из иного мира является выражением этих запутанных чувств.
Как рассказал Унжо-сан, в табличках также были записи о том, что некоторым расам удавалось создавать королевства, где осколкам армий света и тьмы удавалось сосуществовать. Но любое общество размерами больше деревни всё равно рано или поздно рушилось под воздействием внешних или внутренних сил. Правитель, сумевший объединить враждующие стороны, погибал или умирал от старости, после чего вспыхивала междуусобная война, и все его достижения погибали.
Само слово «Дарнггар», как выяснилось, означало «земля отчаяния». Впрочем, мир не всегда назывался так. Изначально он носил название Фанангар («земля обетованная»), и в нём правил Энос – единый бог. Когда Энос раскололся на враждующих Люмиарис и Скаллхейла, мир стал Джидгаром – «полем битвы». А когда оба бога покинули мир, небеса и землю окутало отчаяние.
Они продолжали идти по дороге через чащу. Им по-прежнему не встретился ни один зверь – вероятно, за это стоило благодарить колокольчик. Когда наступила ночь, Харухиро ощутил, что за ним кто-то наблюдает. Он сказал Унжо-сану, и тот ответил, что, должно быть, это дурзой.
– В этих лесах такое случается часто, – объяснил Унжо-сан, – Не пытайтесь их найти. Не стоит. Вам это не удастся. А если они рассердятся, то на вас начнётся охота.
Харухиро, возможно, мог бы просто послушаться и не обращать внимания. Но, честно говоря, ему не удавалось избавиться от тревог.
Стемнело, так что они поставили палатки и спали по очереди, продолжая звонить в колокольчик. В палатке Харухиро ничего не ощущал, но когда наступала его очередь сторожить с колокольчиком, иногда ему становилось немного не по себе.
В кустах иногда раздавались какие-то звуки. Наверное, это они специально. Охотники-дурзой, должно быть, шуршат ветвями, чтобы проверить, как Харухиро поступит. И если он поведёт себя враждебно, то в него тут же полетят стрелы. А может, дурзой гораздо ближе, чем ему кажется. Может, они прямо за спиной, может, стоит резко обернуться как столкнёшься нос к носу с одним – перед тем, как он тебя придушит. Такое вполне возможно.
А может, они забавляются, пугают нас, сбивают с толку…
Ночью Харухиро едва сомкнул глаза, но утром уже не ощущал присутствие дурзой.
Ушли, значит – подумал он. Нет, не стоит расслабляться. Ни в чём нельзя быть уверенным. Или я слишком зациклился на них?
– Будешь так волноваться по каждому пустяку, у тебя все волосы выпадут, – издевательски фыркнул Ранта.
Харухиро разозлился, но реагировать на Ранту значит впустую тратить время.
– Да, да… – бросил он, стараясь чтобы слова прозвучали равнодушно.
– Вы-па-дут, – прошептал ему на ухо этот отброс, не желая угомониться.
Вот бы вместо дурзой пропал Ранта. И вообще, было бы неплохо обменять Ранту на охотника-дурзой.
На этой мысли Харухиро почувствовал, как его страх и беспокойство перед дурзой отступают. Что ж, похоже, даже от отброса иногда бывает польза.