Ее взгляд был совершенно насмешливым, как будто она была в полном замешательстве!
Как он пах.
Пламя вокруг.
Все казалось ей таким знакомым и в то же время чуждым, что она не могла не спросить его.
Она назвала его «сэр»!
Ной спокойно посмотрел на это уникальное существо и ответил:
«Вы, возможно, принимаете меня за кого-то другого».
Он уже сыграл слишком много ролей, поскольку быть самим собой всегда было лучше всего.
И все же эта Источниковая Сложность, Опаленная перед ним, решительно покачала головой, отвечая.
«Нет. Ваше пламя. Ваш источник. Ваши чувства… все одно и то же. Сэр, я не знаю, в какую игру вы сейчас играете, но все Опаленные собираются на Основной Частоте Пламени, чтобы подготовиться к врагам Колеса. Мы уже некоторое время не слышали от вас напрямую, поскольку следовали только за плетениями, которые вы оставили».
…!
Она все больше и больше верила в это, наблюдая за ним, и ее решение было полностью принято, поскольку Ной мог только покачать головой с улыбкой.
«Опять же, я не тот, за кого ты меня принимаешь. Я Осмонт, Ной Осмонт. И мой дом — этот Мегалос, в который ты прибыл. Ты пришел сюда, увидев плетения Боба, которые я раскинул, чтобы вызвать извержение Войны по всей Колесной Магии?»
Он перевел разговор на причину, по которой она здесь, и Майсара моргнула и прищурилась, словно поняв, что произошло.
«Хорошо, сэр, я подыграю… да, я Майсара, и мы никогда раньше не встречались. Это мой первый раз, когда я стою на вершине такого чистого Пламени Синджеда, которое можно найти только на периферии Колеса. И это первый раз, когда я стою перед Изначальным Синджедом, чье пламя превосходит все остальные Синджеды. Хотя я должен спросить… хотя твоя сложность, как всегда, уникальна, она кажется немного слабее. Ты потерял свои плетения? Воспоминания? Это тот поток, который задумано Колесом? Поэтому мы не так часто тебя видели в последнее время?»
Она забрасывала его одним вопросом за другим, поскольку была полностью уверена, что он… Опаленный Истоком!
Рядом с ней Тэм из Синджеда не улучшал ситуацию, поскольку он даже кивнул в знак согласия, как будто все это было правдой.