Глава 23: Ее любовь вернулась.
Су Чжиньян долго смотрел на обложку документа, потом бросил его обратно на стол. Он встал, вышел из кабинета и направился к своей спальне. Осторожно открыл дверь и вошел в комнату.
Сонг Цинчунь крепко спала в его постели. Возможно, из-за простуды и долгого пребывания на холоде ее губы все еще имели синеватый оттенок. Нагреватель в комнате был установлен высоко. В помещении было тепло. Она даже отбросила от себя часть стеганого одеяла.
Су Чжиньян подошел к кровати и поправил его, потом спокойно стоял, изучая ее лицо. У нее были изысканные черты, изящные брови и курносый нос, она была именно такой, какой он помнил ее. Через некоторое время он ушел.
Следующим днем была суббота, у тетушки Сун выходной. Прошлой ночью она вернулась к себе домой.
Когда Су Чжиньян проснулся, Сонг Цинчунь все еще спала. Он умылся, испытав боль в правой руке. Это заставило его вспомнить события минувшего дня. Сменив повязку, он взял ключи и вышел из дома.
Через час вернулся. Припарковав машину, он схватил купленный завтрак с пассажирского сиденья и вышел из машины.
Он ввел код от сигнализации, толкнул дверь и оказался в прихожей своего дома. Чжиньян опустил пакеты на пол, снял верхнюю одежду и вдруг услышал обрывки разговора, доносившиеся сверху.
Мысли закружились вокруг этого разговора и, послушав его некоторое время, он понял, что Сонг Цинчунь общается с кем-то по телефону. Су Чжиньян, несмотря на свои способности, не был подлецом, и намеренно подслушивать чужие телефонные разговоры — ниже его достоинства. Чтобы отвлечься, он сосредоточился на снятии обуви.
Входя в гостиную, он все же услышал слова «брат Иинань», произнесенные Сонг Цинчунь.
Иинань. Это имя было хорошо знакомо Су Чжиньяну. В окружении Сонг Цинчунь мог быть только один брат Иинань — Цинь Иинань.
Су Чжиньян напряженно замер, держа в руках пакеты с завтраком.
— Брат Иинань, ты действительно покидаешь войска и возвращаешься в Пекин? Это замечательная новость! Когда ты приедешь? Я встречу тебя… Третьего числа следующего месяца? Ты хочешь угостить меня обедом и сделать подарок? Ведь у меня день рождения восьмого числа…
Су Чжиньян усмехнулся, резко повернулся и выскочил из дома. Он даже не снял домашние тапки. В его груди горел огонь, он тяжело захлопнул за собой дверь и припустился к воротам бунгало.
Добравшись до мусорного контейнера напротив ворот, он запихнул в него завтрак, за которым отстоял тридцатиминутную очередь.
После телефонного разговора настроение Сонг Цинчунь заметно улучшилось. Слова Циня Иинаня о том, что он возвращается, очень обрадовали ее.
«Я возвращаюсь в Пекин…». Всего несколько простых слов, но этого было достаточно, чтобы сделать этот субботний день особенно прекрасным. От переизбытка эмоций Сонг Цинчунь начала прыгать по всей комнате, смеясь над собой.
Это были первые хорошие новости после самоубийства Сонг Чэна. Цинчунь не могла сдержать улыбку, она блаженно вздохнула: «Брат Иинань возвращается домой».
Пока она пребывала в эйфории, дверь спальни открылась. Интуитивно что-то почувствовав, Сонг Цинчунь замолчала и обернулась.
Казалось, что Су Чжиньян своим царственным обликом заполнил весь дверной проем. Его ледяные глаза впились в нее.
— Я смотрю, тебе уже лучше!
449479