Слова Юнь Чэ были подобны ведру с водой, моментально смывшему радость Секты Божественного Феникса от пробуждения души Феникса.
Судьба сильнейшей на континенте секты снова оказалась в руках Юнь Чэ. Более того, из-за заявления Фэн Сюэ’эр он стал по сути неприкасаемым.
В противовес своему прошлому поведению, после недолгой заминки лицо Фэн Хэн Куна разгладилось, он успокоился и примирился с неизбежным. Глубоко вздохнул: “Сюэ’эр ты права… абсолютно права. Я сам виноват в случившемся. Смерть Си Ло, Старейшины Тянь Цин и остальных – моя вина… Ради будущего Империи Божественного Феникса я зашел слишком далеко в своих методах и заслужил это наказание…”
“Сложись все по-другому три года назад, Си Ло и остальные сейчас были бы живы… мы пожинаем плоды своей ужасной ошибки.”
“Я должен понести ответственность за свои действия!” Фэн Хэн Кун положил руку себе на грудь: “Душа Феникса пробудилась, наше величайшее желание исполнилось! Сразу после того как мы разберемся с беспорядками и закончим с делами секты, я немедля уничтожу свои духовные искусства и отправлюсь в Империю Голубого Ветра. Сюэ’эр, если ради тебя я должен пожертвовать своей жизнью, я сделаю это без колебаний! Вывод войск, прекращение войны, выплата компенсации, раздел территорий… жертва, не беспокойся – все будет исполнено точно в срок!”
Фэн Хэн Кун издал низкий крик, вокруг руки загорелось пламя Феникса, удар, огонь начал распространяться по его внутренним каналам.
“Мастер!!” в ужасе закричали все члены секты, рванув к Фэн Хэн Куну, они уже не успеют остановить его.
“Отец, не надо!” глаза Фэн Сюэ’эр превратились в два алых огонька.
Вся внутренняя энергия в теле Фэн Хэн Куна была запечатана, даже пламя Феникса, горевшее в его руке, потухло, так и не достигнув его груди… он не успел даже ранить себя, не то что уничтожить свои внутренние каналы.
“Мастер!!” подлетевшие старейшины схватили его за руки: “Мастер, не… не делайте этого!”
“Сюэ’эр…” Фэн Хэн Кун изумленно посмотрел на дочь, все-таки как бы она на него не злилась, в глубине души она все та же маленькая девочка.
Фэн Сюэ’эр повернулась к Юнь Чэ со слезами на глазах: “Старший Брат Юнь, мой отец допустил множество ошибок, но я знаю его лучше всех – он не плохой человек. Иначе Бог Феникс не позволил бы ему стать новым мастером секты. Будучи мастером секты и императором Божественного Феникса, он несет на своих плечах бремя ответственности, который обычный человек даже представить не сможет, иногда он вынужден делать выбор, как бы он ни был жесток и ужасен. Я верю, что приказ о захвате Империи Голубого Ветра как раз один из таких случаев, и это решение мучило его больше чем кого – либо… поскольку все грехи его подчиненных; пролитая кровь и души невинных людей – все это его грехи также.”
“Сюэ’эр… Сюэ’эр…” с опущенной головой и дрожащими губами прошептал Фэн Хэн Кун… Ранее она закрыла своим телом Юнь Чэ и даже подняла голос на отца. И боль, в тот момент пронзившая его сердце, во много раз превосходила любую физическую. Однако услышав последние слова Фэн Сюэ’эр он готов был умереть без сожалений.