Он был высоким и худым парнем, который носил кепку для гольфа на голове и стоял один, блокируя половину входа. Его борода была аккуратно подстрижена, а очки в золотой оправе придавали немного элегантности его суровому лицу. Его официальная и дорогая одежда делала его похожим на человека, который только что вернулся из-за границы с одного взгляда.
Фан Юаньюань крепко сжала пальцы; она изо всех сил старалась сдержать дрожь, которая, казалось, исходила из самых глубин ее души.
Для того, с кем она была слишком хорошо знакома, она могла бы действительно узнать его, даже если бы он превратился в груду пепла.
Она посмотрела на него:…
Нет, она не смотрела на него, когда он вошел в ресторан. Она перевела свой пристальный взгляд на элегантную женщину, которая появилась и держала его за руку.
Тянь Даньюэ также взяла на себя совершенно другой внешний вид от ее обычной сексуальной моды, надев элегантное и простое платье. Когда он сочетался с одеждой Хуана, обе они выглядели как брак, сделанный на небесах.
Когда эта мысль выскочила из ее головы, фан Юаньюань выглядела так, как будто она пострадала от удара всего за секунду.
Волна жгучей ярости ударила ей в голову, и она, казалось, растеклась по всему телу.
Она сдержала его.
Впрочем, это было только на мгновение.
Процесс повторялся снова и снова. Хуан Хэ и Тянь Даньюэ прошли мимо ее столика, когда официант подвел их к своему.
“Я давно слышал об этом ресторане, что их еда очень хороша даже для придирчивого едока. У вас был плохой аппетит в последнее время, поэтому я привел вас сюда, чтобы попробовать еду… вы слишком привыкли есть слишком много острой пищи, что ваш желудок не мог больше этого выносить. Пришло время изменить свой вкус…”
Мягкий и медленный голос Тянь Даньюэ имел улыбчивый тон, и ее слова проплыли мимо ушей фан Юаньюаня.
Фан Юаньюань посмотрела на Тянь Даньюэ со своего места.
Она случайно заметила, что глаза последней улыбаются так, как будто она улыбается от всего сердца.
Обе женщины на секунду встретились взглядами в воздухе, в то время как Тянь Даньюэ отвернулась с гордой ухмылкой на лице. Когда они уходили все дальше и дальше от фан Юаньюаня, голос Тянь Даньюэ все еще иглами стучал у нее в голове.
Какое ужасное чувство!
В груди у нее было душно, и дышать было трудно. Ее глаза мгновенно покраснели, и они наполнились слезами, которые она не могла сдержать, даже если бы держала голову опущенной, пока ела свою еду, пытаясь скрыть их.…
Эти чувства было невозможно подавить.
— Моя дорогая, что с тобой случилось?”
Цин дай сидела рядом с ФАН Юаньюань. Она повернулась, чтобы посмотреть на фан Юаньюань, когда почувствовала, что ведет себя немного ненормально.
“О, я в порядке.”
Фан Юаньюань вытерла глаза. Она уже могла себе представить, как расстроена и смущена она будет выглядеть. Чтобы они не беспокоились о ней, она глубоко вздохнула и горько улыбнулась. “Я думаю, что немного масла чили попало мне в глаза.…”
— …Ах, тебе следует быть осторожнее.”
Фан Юаньюань снова подняла руку, чтобы вытереть слезы.
Это было очень обидно.
Слезы неудержимо потекли по ее щекам.
Масло Чили не попадало ей в глаза. Она плакала, потому что была взволнована.
Цин дай похлопала фан Юаньюаня по спине. Она чувствовала, что эта мисс редактор, возможно, была слишком избалована, так как слишком сильно надрывалась. Хотя это было то, что она думала в своей голове, она продолжала утешать фан Юаньюань. — Должно быть, вашим глазам очень неудобно. Тебе лучше поторопиться в туалет, чтобы вымыть глаза…”
“Мм.”