«Если я могу чувствовать волю и двигаться под её влиянием, то могу ли я её менять?»
«Да, могу».
Он уже испытал это на собственном теле и даже сумел это воплотить. Молочно-белое сияние, окутавшее его клинок, было результатом переноса в него сгустка концентрированной воли.
А раз это возможно с мечом, то возможно и с телом. Собрать остатки воли, сжать их и высвободить взрывом.
Так Рагна четырежды взмахнул Пенной.
* * *
Рагна наносил удары, находясь слева от Энкрида.
Дэмюль тоже отдалился от своих спутников, так что со стороны могло показаться, будто Энкрид и Дэмюль — это одна группа, а Рагна и двое других — другая.
Ещё до того, как Рагна шагнул вперёд, Энкрид лихорадочно прокручивал в голове всевозможные варианты действий.
Тактический стиль фехтования Луагарне не призывает полагаться исключительно на интуицию.
Опора на инстинкт — это личная техника самого Энкрида.
В основе же тактического стиля лежал расчёт вероятностей.
«Как выжить?»
Или…
«Каковы пути к победе?»
Внешне он сохранял спокойствие, но в его голове непрерывно шли вычисления. Слишком много переменных было в этой ситуации.
И одна из важнейших только что попала в поле его зрения.
Энкрид сидел прямо на мокрой земле, экономя силы даже на то, чтобы стоять, и с этой точки ему открылась вся опасность, нависшая над Рагной.
Трехглазый старик несколькими взмахами руки обрушил на него молнии.
А рогатый мутант-скейлер, стоявший перед Рагной, вытянул руку, высвобождая телекинез.
Падающие капли дождя, захваченные этой силой, начали сплетаться в единое целое. Две огромные водяные длани сжимались вокруг Рагны с обеих сторон. Этот телекинез был настолько мощным, что подчинял себе даже ливень, льющийся с небес, — способность, многократно превосходящая всё, что он видел у скейлеров до сих пор.
Одновременно с этим мутант, не прерывая действия телекинеза, занёс левую руку и, ринувшись к Рагне, обрушил её вниз. Он сократил дистанцию с такой скоростью, что мог бы поспорить с рыцарем, использующим усиление ног.
В глазах Энкрида этот удар замедлился.
Воздух вокруг руки-лезвия искажался. И в тот миг, когда движение показалось медленным, его скорость резко возросла.
Энкрид больше не мог сосредоточиться на расчётах.
Отчасти потому, что его взгляд был прикован к сцене, отчасти — из-за своего плачевного состояния, не позволявшего вести два мыслительных процесса одновременно.
Но главной причиной был инстинкт.
Безмолвный голос души, который без всяких объяснений твердил: «Ты должен это увидеть».
Вспышка молнии вот-вот должна была вонзиться в тело Рагны. Всё внимание Энкрида было приковано к его клинку.
Меч Рагны засветился. Казалось, даже падающие капли дождя, коснувшись этого сияния, рассекались надвое.
Это сгусток воли обрёл зримое воплощение. И Рагна взмахнул клинком.
Первый удар — влево. Пенна описала дугу, и молния, словно притянутая к ней, ушла в сторону и ударила в землю.
Тут же клинок метнулся вперёд — как раз в тот миг, когда мутант-скейлер опускал свою руку.
Меч Рагны пронзил её и пробил рогатую голову насквозь.
Бум!
Удар молнии о землю заглушил другой звук — оба события произошли почти одновременно.
Вот насколько быстры были удары Рагны. Один — влево, второй — прямо.
Словно два Рагны взмахнули мечами в один и тот же миг, без малейшей паузы.
Но он не остановился.
Выдернув клинок, он бросился на трехглазого старика и нанёс следующий удар.
В тот же миг активировались невидимые барьеры, защитные заклинания и бесчисленное множество артефактов и магических предметов, призванных защитить тело старика.
В последнее мгновение его третий глаз вспыхнул багровым светом.
Но все эти ухищрения не смогли остановить летящий клинок.
Старик не успел и рта раскрыть, как меч Рагны оставил на его шее чёткую алую линию.
Три удара. А затем Рагна снова рванулся вперёд.
Его тело, как и тело Энкрида ранее, преодолело все мыслимые пределы. Незнакомец решил бы, что он использовал заклинание телепортации.
Сократив дистанцию, не оставив за собой даже остаточного образа, Рагна обрушил свой последний, четвёртый удар на голову Дэмюля.
Но, к несчастью, его мечу не суждено было достичь цели.
Дзынь! Дз-з-з-з-з!
Защитный барьер.
Неудача? Нет, это было предсказуемо.