12-й матч – Хакуру против Шион.
Последний матч третьего дня.
Хакуру и Шион стояли друг против друга в центре Колизея.
В напряжённой атмосфере Милим беспечно крикнула:
«Начинайте!»
Она набралась опыта и научилась комментировать бои без запинки.
Кстати, Сука не взяла роль судьи, она только объявляет победу.
Есть риск, что она прервёт серьёзные бои на мечах, поэтому только комментирует вживую.
Милим, подражая ей, не делает ничего, что может нарушить матч.
Она просто счастлива, что может что-то сделать. Я напрасно тревожился, что она устроит разгул, и очень за это благодарен.
Посмотрим матч.
Противники звенели мечом об меч в тишине.
Это не было беспрерывным лязгом, как в бою Бенимару и Суэя, просто каждый открыто проверял защиту и атаки другого.
Подобно неспешному течению реки.
Однако от внезапного ливня она вышла из берегов.
Хакуру с бойцовским духом издал возглас, ударив Шион.
Но Шион была терпелива. Затратив ровно столько энергии, сколько требовалось, чтобы не поранить противника, она отразила удар Хакуру.
Хакуру разительно отличается от Шион, которая безостановочно двигается.
Такое было прежнее впечатление, однако этот бой его вывернул наизнанку.
Как и во вчерашнем бою, явно виден был рост Шион. Её метод боя заключался не в том, чтобы просто атаковать со всей силы, как до некоторых пор; она приобрела высокое мастерство, её стиль был рационален.
Сочетание силы и техники. Это значило, что её сила увеличилась на уровень.
Полагаясь только на уровень навыков, она не могла сравняться с Хакуру, но теперь, когда её повышенную физическую силу и уровень навыков дополнял инстинкт, она могла сражаться с ним наравне.
Да нет, они не равны.
Шион текучее искусство меча подкрепляет своей невероятной титанической силой. Её техника всё ещё несовершенна по сравнению с Хакуру.
Именно Хакуру в этом бою сражался всерьёз и был вынужден отступать.
Похоже, его искусство меча не способно отражать атаки Шион.
«Ты выросла, Шион… Я никогда не ожидал, что ты так разовьёшь навык мечника» (Хакуру)
«Хе-хе. Я бы не всегда действовала грубо, ты ведь знаешь.
Я желаю достичь самых высот.
Прежняя я никогда бы не стала полезной Римуру-сама» (Шион)
Мечи сталкивались и отлетали. Разорвав дистанцию, они встретились взглядами. Более того, они начали показывать действительно продвинутое фехтование.
Хакуру удовлетворённо кивнул, увидев, как выросла Шион.
Суэй был первым учеником, которого он взял под своё крыло.
Он знает свои способности и обязанности, при этом не страдает лишней самоуверенностью. Идеальный ученик.
Бенимару и Шион сильно отличаются от Суэя.
Неважно, как он их учил, они стремились больше к бою, чем к изучению теории, и были склонны больше применять силу, чем навык! С этим настроением они шли в бой.
Однако Бенимару как юный воин огров с самого начала был очень ответственным.
Хорошо, что он понимал, что от его самообмана могут пострадать дорогие ему люди.
Бенимару, будучи генералом, развил сознание и ответственность. Он вырос куда сильнее, чем ожидал Хакуру.
Для последнего это тоже было огромной радостью.
Но даже сильнее удивления от того, что проблемный ребёнок Шион повзрослела, была его радость по этому поводу.
Какое-то время ярость Шион после воскрешения была невыносима.
Помутился ли её разум? Сердце почернело?
Казалось, что её сердце совершенно окрасилось ненавистью к людям, не считая её друзей.
Он также изучил специальные тренировки отряда Ёмигаэри [[Воскрешённых]], но они служили лишь средством выпустить гнев.
Хакуру беспокоился, что Шион обезумела после смерти.
Если бы она принесла гибель, он был готов лично убить её мечом.
Однако Шион выросла.
Шион изменилась снова, когда Римуру-сама отчитал её после битвы со Святыми Рыцарями.
В конце концов, Шион могла просто бояться.
Бояться, что её убьют.
Не потому, что её страшила сама смерть, но потому что она опасалась исчезнуть, не принеся пользы.
Хакуру казалось, что больше всего она боится оказаться бесполезной для Римуру-сама, и что он забудет её.
Поэтому она старается быть хоть немного, но лучше других.
А ещё потому, что она одержима дурацкими штуками вроде рангов.
Она завидовала другим, она боялась, что если не завладеет интересом и приязнью Римуру-сама единолично, то её забудут и бросят.
Ревность – причина её неосторожности.
Однако Римуру-сама никогда не забудет о нас, и когда она это поймёт, ревность в её сердце должна исчезнуть.
В итоге разум Шион укрепился от ощущения, будто за ней неотрывно присматривает родитель.
А сейчас искусство меча Шион несомненно. Оно говорит больше, чем тысяча слов.
Если она продолжит расти с той же скоростью, то не за горами день, когда она мастерством превзойдёт Хакуру.
(В таком случае я смогу направить всё своё внимание на проблемную молодёжь вроде Гобуты и Габила.)
Так он подумал, начав радостно улыбаться.
«А сейчас, если ты сможешь остановить этот меч, я скажу, что ты полностью овладела моим искусством!» (Хакуру)
Сказал он Шион, и тренировочный меч ещё раз вошёл в ножны.
Исход боя решится следующим ударом.
Увидеть, как выросла Шион, было неожиданной удачей.
После этого остаётся просто наслаждаться боем.
Хакуру намеревался применить баттодзюцу.
Шион тоже это заметила.
Однако она не встревожилась. Разумеется, сама она не станет применять баттодзюцу, потому что её одати не получит дополнительного ускорения, будучи вынут из ножен.
Не то чтобы это было ей не по силам, просто сейчас неподходящее время.
Для Шион и остальных Хакуру сильнее всех походил на родителя.
Он единственный воспитывал их с детства.
Поэтому одной из целей Шион было добиться его признания.
А превзойдя его, она вырастет. Так думала Шион.
Тяжёлая тревога, жившая в её сердце до недавних пор, совершенно исчезла.