Вернувшись домой, Сан Чжи сняла обувь и вернулась в гостиную.
Сан Жун и Ли Пин тоже до сих пор сидели там, но почти не разговаривали. Мама смотрела телевизор, отец читал книгу. В комнате раздавался только голос диктора, атмосфера почти не изменилась.
Ли Пин, подняв глаза на дочь, как бы невзначай спросила:
— Так быстро вернулась?
Сан Чжи взяла с подноса помидорку черри и положила в рот, затем сняла куртку и ответила:
— Я проводила его до ворот жилого комплекса, и Цзясюй сказал мне возвращаться.
Мама кивнула и больше не задавала вопросов.
Зато Сан Чжи, пока жевала, переводила взгляд то на неё, то на отца и обратно. Ей показалось, что Дуань Цзясюй отлично себя проявил, поэтому она осторожно спросила:
— Пап, мам, ну как вам?
Взгляд Ли Пин переместился обратно к экрану.
— Что — как нам?
— Вы столько лет не виделись, — тихо начала Сан Чжи, — а теперь вот встретились и даже о многом поговорили. Ваше отношение… хоть немного изменилось?
Сан Жун усмехнулся:
— Парень он неплохой.
Сан Чжи тут же поддакнула:
— Правда ведь? Он очень хороший!
— Да, он молодец, во многих отношениях. Во время его учёбы в университете, хоть мы почти не виделись, он всё равно казался мне очень способным. — Сан Жун не отрывал взгляда от книги, говорил вполне спокойно. — За столько лет ему наверняка непросто пришлось одному.
Сан Чжи запнулась и поджала губы.
Но Сан Жун не стал развивать тему, только вдруг усмехнулся:
— Помнится, твоя мама рассказывала, что во время вашей первой встречи ты даже расплакалась, и не стыдно тебе было?
Ли Пин тоже улыбнулась:
— Я-то думала, что у них случилось, а оказалось, что поссорилась с А-Янем.
Стоило им вспомнить тот случай, и Сан Чжи сразу потупилась.
— Я тогда была ещё маленькой.
— В последнее время я часто вспоминаю моменты из прошлого. В детстве у тебя было слабое здоровье, — Сан Жун отложил книгу и погрузился в воспоминания. — Почти что каждый день то температура поднималась, то появлялась аллергия на что-нибудь. Мы с твоей мамой то и дело бегали в больницу. А ты всё время плакала, пока не уставала.