Пострадавшую лодыжку охладило льдом, ладони и коленки были обработаны, боль заметно уменьшилась, и настроение Сан Чжи сделалось уже не таким ужасным.
С детства о ней именно так и заботились, поэтому действия Дуань Цзясюя не воспринимались ею как неподобающие, кроме пожалуй того факта, что он оказался так близко.
Глянув на него, Сан Чжи буркнула:
— Я ведь ничего такого тебя не заставляю делать.
Просто обработать ссадины и вытереть лицо.
Ничего сложного.
Почему вдруг она повысилась до статуса маленького императора?
Но ведь и его тогда можно назвать императором, которому непросто угодить!
— У меня из ниоткуда вдруг появилась младшая сестра, а твой родной брат куда-то сбежал, — Дуань Цзясюй поднял глаза, потом выпрямился. — Малышка, сама подумай, сколько раз братец уже тебе помог?
Помолчав, Сан Чжи не выдержала и сказала:
— Но я ведь тоже могу помочь тебе, если понадобится.
Дуань Цзясюй, похоже, счёл её слова забавными. Он воодушевлённо сел рядом на стул, поглядел на неё и улыбнулся.
— Хм? В чём ты собираешься мне помогать?
— Ну… — Сан Чжи осеклась, не в состоянии придумать ответа. Почесав затылок, она признала поражение и просто сменила тему. — Куда мой брат подевался…
— Бросил тебя, — лениво констатировал Дуань Цзясюй.
Сан Чжи фыркнула:
— Можно подумать, он мне больно нужен.
Она вспомнила случившееся только что и снова загрустила.
— Наверное, он удивился, когда услышал, что я назвала его папой при учителе. И ещё он слышал, как учитель назвал тебя моим братом.
— Ага, — сказал Дуань Цзясюй. — Думаю, он догадался, что я ходил встретиться с твоим учителем.
Сан Чжи пришла в ужас.
— И что теперь делать?
— Что тут можно сделать? — вздохнул Дуань Цзясюй. — Думаю, нам обоим конец.
От его слов Сан Чжи заставила себя воспрянуть духом и пробормотала:
— Да нет же… Я ему всё объясню, и он не скажет родителям.
— Ты же не хочешь с ним разговаривать?
— Дело вовсе не в том, хочу ли я с ним разговаривать. Просто он постоянно ко мне придирается. — Сан Чжи снова почувствовала себя несчастной. — И ладно если это происходит в обычные дни, но даже когда я подвернула ногу, он на меня наорал.
— Думаешь, он за тебя не беспокоится?
Сан Чжи поджала губы, но не кивнула и не покачала головой.
— Его наверняка заинтересовало то, что ты сказала учителю, — сказал Дуань Цзясюй. — Разве он не должен был расспросить подробнее? Ведь это и есть забота.
Сан Чжи буркнула:
— Ну неужели нельзя быть помягче?
Дуань Цзясюй усмехнулся:
— Чтобы твой брат? Вёл себя помягче? Ты слишком многого от него хочешь.
И правда, звучит разумно.
Сан Чжи не знала, что сказать на это. Она посмотрела на него, но очень быстро опять опустила глаза.
Между ними повисло молчание, но тут наконец-то вернулся Сан Янь, который ушёл за водой и пропал неизвестно куда. Он держал две бутылки воды, одну из которых протянул сестре.