839. Первый показ (1)
Столица, театр Баоли.
В связи с бурным развитием кинорынка, в столице за последние десять лет появилось огромное множество кинотеатров.
Но для коренных жителей столицы театр Баоли, бесспорно, являлся одним из лучших крупных кинотеатров. Этот насчитывавший шестидесятилетнюю историю театр находился в элитном районе в центре столицы. Он с самого начала выполнял функции кинотеатра, театра и актового зала, а после нескольких реконструкций и ремонтов и по размерам, и по оснащению уже совершенно отличался от того, что было раньше.
Благодаря своей истории, месторасположению, известности и многофункциональности, театр Баоли считался престижным местом, поэтому здесь часто проводились первые показы многих фильмов, включая отечественные и иностранные блокбастеры.
29 сентября, в субботу, в 19:30 в театре Баоли состоялась церемония премьеры «Улыбающегося гордого странника».
Главный зал мог вместить в себя пятьсот зрителей. Медийная компания Чэнь Фэйр не стала сильно рекламировать эту церемонию, а провела её довольно скромно.
В основном были приглашены деловые коллеги медийной компании Чэнь Фэйр, хорошие друзья Лу Чэня и Чэнь Фэйр из шоу-бизнеса, а также представители медиа и кинокритики.
Несмотря на то, что официальное приглашение получили лишь десять медийных изданий, однако не успела церемония начаться, как явилось большое количество незваных журналистов, которые заняли выгодные позиции возле театра Баоли и приготовили свои камеры.
Лично встречавший гостей Лу Чэнь было окружён плотным кольцом людей. Если бы не охрана, приложившая достаточно сил, он, пожалуй, затонул бы в море журналистов.
«Лу Чэнь!»
«Господин Лу Чэнь, я журналист с сайта Новое Кино, позвольте узнать…»
«Говорят, предпродажи Улыбающегося гордого странника составили всего 40 с лишним миллионов, это правда?»
«Лу Чэнь, уся-фильмы нынче считаются провальным материалом, тогда хотелось бы спросить, вы прежнего мнения о возможных кассовых сборах Улыбающегося гордого странника?»
«Лу Чэнь…»
Несколько десятков журналистов наперебой шумели, отчаянно пытаясь просунуть ко рту Лу Чэня свои микрофоны, а их вопросы были вовсе не дружелюбными, а скорее агрессивными.
Заметив эту картину, Лу Чэнь понял, что если ничего не сказать, тогда ситуация, вероятно, только усугубится.