— Хех, да это же Линь Сянь.
Линь Сянь даже не поднял век, сразу поняв, что это говорит Гао Цзысюань, тот самый, что напрашивался на драку. Этот мерзкий голос был на удивление узнаваем.
Гао Цзысюань увидел, что Линь Сянь его полностью игнорирует, словно и в грош не ставит, и тут же вспылил. Однако он тут же взял себя в руки: отец велел пока потерпеть. Поэтому Гао Цзысюань сдержался и перевел взгляд на Гу Байюй.
Еще поднимаясь по лестнице, он издалека заметил, как она кокетничает с Линь Сянем, и в душе у него все смешалось. Кокетничающая Гу Байюй была невероятно хороша, вот только делала она это для Линь Сяня, а не для него.
Гао Цзысюань, сгорая от злости, язвительно усмехнулся:
— Ц-ц-ц, Линь Сянь, в тот раз ты деньгами швырялся, а сегодня не можешь сводить Гу Байюй нормально поесть? Что, в столовой? Неужели ты все свои деньги на год вперед тогда выкинул?
Линь Сянь еще не успел ответить на издевку, как Гу Байюй нахмурилась и холодно бросила:
— Гао Цзысюань, будь добр, держись от нас подальше.
Разница в отношении была очевидна.
Вот оно! Сцена, которую так любят зеваки: чем больше участников, тем интереснее! Пока все гадали, что же будет дальше, раздался голос Линь Сяня:
— Не знал, что у тебя есть привычка прогуливаться по столовой. Весьма польщен.
Гао Цзысюань на мгновение замер, а вот окружающие не сдержались и прыснули со смеху.
— Ха-ха-ха.
— Умереть не встать, он, видите ли, столовую презирает, а сам-то что здесь делает?
— Надо запомнить: прогулки по столовой!
Услышав насмешки, Гао Цзысюань побагровел. Он и вправду собирался сегодня поесть в столовой и случайно наткнулся на Линь Сяня с Гу Байюй, поэтому и решил подойти.
— Линь Сянь, ты…
Вне себя от ярости, Гао Цзысюань шагнул вперед, чтобы схватить Линь Сяня за воротник. Однако тот просто поднял левую руку, перехватил его запястье и слегка сжал.
Хруст костей смешался с пронзительным, похожим на свиной визг, криком Гао Цзысюаня — весьма приятная мелодия.
Линь Сянь продолжал сидеть на стуле. Его правая рука с телефоном лежала на столе, а левая все сильнее сжимала руку Гао Цзысюаня.
Для программиста руки — самое ценное, поэтому Линь Сянь специально изучал, как их защитить, а заодно — какие приемы причиняют рукам наибольшую боль. Да, такое у него было странное хобби. Иногда полезно изучить анатомию человека, кто знает, когда пригодится? Например, сейчас.
— Линь Сянь, отпусти!
— Отпусти, я сказал!
Видя, что Линь Сянь не отпускает, Гао Цзысюань изо всех сил задергался. Линь Сянь выждал момент, когда тот рванулся особенно сильно, чуть подтолкнул его и разжал пальцы.
Гао Цзысюань, потеряв равновесие, резко попятился назад и по инерции отлетел в сторону. Раздался глухой удар — он врезался в стену столовой.
Глухо охнув, он сполз по стене.
— Тс-с…
— Ничего себе, мне даже смотреть на это больно.
— А мне почему-то стену жалко.
— Вау, как круто! Он просто двинул левой рукой, и тот парень отлетел!
— Да ладно, это же Гао Цзысюань сам дергался. Линь Сянь его отпустил, а он не устоял на ногах. Кого тут винить?
— Кажется, я начинаю понимать, почему Гу Байюй так за ним бегает. Такой красивый и такой крутой, я бы и сама влюбилась!
В проходе появился мужчина средних лет. Он посмотрел на скулящего в углу Гао Цзысюаня, затем на Линь Сяня и Гу Байюй за столиком.
— Что здесь происходит?
— Декан, он меня ударил, — тут же пожаловался Гао Цзысюань.
Говорившим был декан факультета программной инженерии — Не Сюэи.
— Это неправda! Он сам подошел и начал задирать Линь Сяня, мы все видели!
Стоило Гу Байюй заговорить, как сидевшие поблизости студенты тут же ее поддержали.
— Точно, декан, он говорил таким ужасным тоном, пристал к Линь Сяню и хотел его ударить!
— Декан, вы должны с этим разобраться!
Студенты наперебой твердили одно и то же: Гао Цзысюань напал первым, а Линь Сянь лишь защищался.
Это расходилось с тем, что декан увидел со своего ракурса, но ведь остальные студенты не были знакомы с Линь Сянем и не имели причин его выгораживать.
Поразмыслив, декан пришел к выводу, что раз столько свидетелей говорят в пользу Линь Сяня, значит, Гао Цзысюань действительно напал первым.
С мрачным лицом он обратился к Гао Цзысюаню:
— Гао Цзысюань, немедленно ко мне в кабинет.
Едва декан увел Гао Цзысюаня, как к столику подошли Чэнь Лэхан и Цинь Чэ с двумя подносами в руках. Ставя еду на стол, они с любопытством спросили:
— Почему Гао Цзысюань ушел с деканом? Похоже, его вызвали.
— Он на меня напал, — ответил Линь Сянь, ставя на стол тарелку с говядиной по-сычуаньски.
— Чего?
— Он только что пытался меня ударить, и декан его увел.
Друзья тут же принялись осматривать Линь Сяня с ног до головы.
— Куда он тебя ударил? Говори! Может, в госпиталь съездить, провериться? Черт, стоило мне отойти, а он уже на моего брата лезет!
— Нет, так не пойдет, я должен ему врезать!
Цинь Чэ и Чэнь Лэхан распалялись все больше и уже начали засучивать рукава.
— Я в порядке, — Линь Сянь жестом пригласил их сесть. — Он напал первым, но в итоге сам же и отлетел.
— А, ну ладно. Главное, что ты не пострадал и не остался в дураках, — успокоились друзья и переключились на болтовню.
— Говорю вам, мне дико повезло, я урвал последнюю порцию говядины по-сычуаньски!
— Везет тебе, Лэхан, а я так долго ждал свинину в кисло-сладком соусе! Я заказал ее первым, а люди после меня уже все получили. А мне повариха еще и заявила, что мое блюдо долго готовится.
— Да что там готовить — свинина в кисло-сладком и рыба по-сычуаньски.
— Это тебе не повезло. Я заказал свинину двойной варки и жареную картошку и получил их быстрее тебя.
Они без умолку болтали, Линь Сянь молча ел, а Гу Байюй оказалась в неловком положении. Тут Цинь Чэ и Чэнь Лэхан спохватились, что сегодня их четверо, а не трое, и почувствовали себя неудобно.
— А… Красавица факультета Гу, не обращайте внимания, — сказал Чэнь Лэхан. — Мы втроем всегда так едим. Линь Сянь обычно молчит, а мы с Братом Чэ трещим без умолку.
— Ничего страшного. Можете звать меня просто Гу Байюй, — с улыбкой ответила она.
Цинь Чэ откусил кусочек свинины и, посмотрев на Гу Байюй, словно что-то вспомнил:
— Брат Сянь, а почему Гао Цзысюань на тебя набросился?
Услышав обращение, Линь Сянь искоса на него взглянул и переложил к себе в тарелку кусок свинины в кисло-сладком соусе.
— А ты как думаешь?
Оба друга открыли рты и перевели взгляды на Гу Байюй.
— Что такое?
— Ничего… ничего…
Чэнь Лэхан и Цинь Чэ замолчали и переглянулись. Их мысли явно совпали. Линь Сянь был прав: красавица факультета действительно мешает писать код.