Если вы хотите читать дальше, вы можете проверить мой @
[ ]
Ссылка также есть в кратком описании.
.
-*-*-*-*-*-
.
Время было после рабочего дня, когда ночной комендантский час действовал в полную силу; это место было когда-либо прославленным офисом ПОМОЩИ, принадлежащим и основанным Куинном, который сидел за своим столом, уставившись на полупрозрачное серебряное существо, «сидящее» на сиденье напротив него.
«Если честно, я никогда не думал, что ты так далеко», — сказал призрак тучный священнослужитель, «нас четверо Дом призраков, в том числе и меня, никогда не думал, что студент смог бы закончить одно хранилище — не в наших фантазиях мы сделали предположение, что кто-то достигает пятой хранилище,» монах, Равенкло дом призрак уставился на Куинна с восторгом и волнением», — но мы здесь, чтобы поговорить о прошлом хранилище».
«Это было настоящее путешествие, это точно, но оно еще не закончилось. Мы никогда не узнаем наверняка; возможно, я не смогу завершить это хранилище». Он, конечно, не думал о такой возможности — Куинн собирался завершить хранилище и получить свою награду.
«Хорошо, расскажи мне о последней загадке. Я хочу знать, с чем мне придется столкнуться на этот раз, — сказал Куинн, потирая руки в возбужденном любопытстве.
Фрайар посмотрел на Куинна своими призрачными глазами и улыбнулся так приятно, как только может улыбаться призрак: «Нет никакой загадки».
Претендент на четыре хранилища слегка нахмурился: «Что значит» нет загадки»? » — в замешательстве спросил Куинн. «Это не идеально. Мне нужно что-то; что угодно; даже что-то неопределенное было бы началом».
«Дело не в том, что я не хочу загадать тебе загадку, Куинн. Просто в загадке нет необходимости, — сказал призрак, прежде чем улыбнуться. — Я проведу тебя ко входу в хранилище, а оттуда ты поведешь его дальше».
«Мне не нужно искать хранилище?» Куинн удивленно сказал: «Это необычайно великодушно с вашей стороны — я потратил месяцы, чтобы найти хранилища, и теперь вы говорите, что проведете меня ко входу».
«Вот почему мы не можем дать вам загадку — мы призраки ничего не знаю, кроме расположения входа. . . . мы призраки были здесь так долго, вместе мы выяснили, расположение сводов, и в большинстве случаев, а учитывая, что там не так много что может влиять на нас, мы могли бы заглянуть, чтобы увидеть, что заложено внутри,» монах вздохнул: «но в таком случае мы не знаем, как в подъезде работает, и, в свою очередь, то, что внутри.»
«Это … не звучит обнадеживающе», — сказал Куинн, — » Если вы не знаете, как работает вход-вы вообще уверены, что правильно определили местоположение?»
«Нет никаких сомнений в законности этого места», — сказал Фрайар, прежде чем спросить: «Скажи мне, Куинн, ты помнишь, что я говорил тебе о вечеринках в День смерти?»
Куинн кивнул: «Это праздник, устроенный призраками в ознаменование годовщины их смерти и их»возрождения» в качестве призраков».
«Это верно. . . . Вечеринки в День смерти в Хогвартсе довольно грандиозны; призраки издалека приезжают в гости», — затем Фрайар уставился в потолок над головой, — «Мы встречаем много призраков не из Хогвартса, и при этом мы поняли, что мы отличаемся от них. …»
«По-другому, как так?» — спросил Куинн, наклоняясь вперед; он ничего не читал о типах призраков.
«Знаете ли вы, что я могу присуждать и вычитать очки дома, — усмехнулся Монах, — было время, когда мы не могли этого сделать, и, кроме четырех домашних призраков, ни один другой призрак не может этого сделать. По какой — то магической причине на протяжении веков мы установили связь с Хогвартсом — это не было нашей виной, поскольку мы никогда даже не думали, что это возможно, но, как вы однажды сказали, Хогвартс-мистическое место … из-за этой связи мы знаем, что за входом что-то есть».
Фрайар перевел взгляд обратно на Куинна и показал: «Это хранилище было самым старым, Куинн. . . . Я учился у самой леди Равенкло и был убит довольно молодым, прежде чем пришел в Хогвартс. Там не так много того, что предшествовало мне, и даже несмотря на то, что создатели других хранилищ смогли скрыть свои действия и смогли создать хранилища без нашего ведома. . .. «
Куинн был полностью поглощен словами Фрайара. Многие забыли, сколько лет домашним призракам.
«…но последнее хранилище … Оно старше нас,- сказал монах, — и не похоже на другие хранилища. … это было частью оригинального дизайна — хранилище такое же старое, как Хогвартс».
«Как … как ты можешь говорить это с такой уверенностью?»
Монах приподнялся со своего места: «Следуйте за мной».
— Сейчас? — спросил Куинн, вставая.
«Возможно, сейчас самое подходящее время».
…
В Хогвартсе было очаровательное место, это был прекрасный замок со своими странностями, который дал ему свое очарование, но в тени ночи, когда линия жизни школы, дети, дремлют в Морфея царство, замок был так же жутко, как это можно сделать — но призрак, который не мог спать и с парнем, который бродил по тем же безжизненным залам каждый день, эти коридоры были дома.
«Ты серьезно?» — сказал Куинн, уставившись на «вход» в последнее хранилище.
Фрайар кивнул: «Вот почему я сказал, что сейчас самое лучшее время».
Прихожая Хогвартса была такой большой, что в ней мог бы поместиться целый дом, и в ней все еще оставалось бы место. Потолок был так высок, что его почти невозможно было разглядеть. Утром зал был освещен яркими огнями огненных факелов, но прямо сейчас те же самые факелы проливали тусклый и теплый свет на зал, отбрасывая повсюду гигантские тени.
Куинн и Фрайар стояли в одном углу прихожей, освещенные одинаковыми огненными факелами повсюду в зале, но эти факелы излучали холодный синий свет из-за призрачного влияния Фрайара на огонь. Они смотрели на золотую статую худощавого мужчины с величественной бородой, украшенной завитками, похожими на торнадо; на мужчине был богато украшенный подголовник и искусно вышитая мантия, которая ниспадала на пол; в его длинных и тонких пальцах был зажат длинный свиток пергаментных карт в одной руке и модель замка Хогвартс в другой.
«Он архитектор, не так ли?» -сказал Куинн; у него была такая же статуя внутри разума-копия Хогвартса внутри его разума.
«Да, Стигвард Грэгг, персонаж, который спроектировал тот самый замок, внутри которого вы стоите, — сказал Монах с восхищением в глазах, — о нем мало что известно, но одно можно сказать наверняка, что он увековечил себя в анналах истории и магии. Он затронул бесчисленные жизни каждого человека, который когда-либо учился в Хогвартсе, и будет продолжать делать это до тех пор, пока эта славная школа не продолжит выполнять свою миссию по распространению магии среди молодых ведьм и волшебников будущего».
Куинн кивнул. В конце концов, вечная жизнь была не единственной формой бессмертия.