Дин Синхуа ответил спокойно:
— Ты пришёл ещё раньше, Седьмой. Откуда такая спешка?
— Это
Седьмой Божественный Король, Дин Синцзинь. В последние годы он был
на стороне лже-Бога Императора. За это время его влияние сильно
возросло. У него много слуг и приспешников. Шесть месяцев назад, когда
лже-Бог Император погиб, он сразу же восстал и уничтожил часть его сил.
Теперь он один из самых влиятельных людей столице и претендент
на Имперский трон, — прошептал Дин Буси на ухо Дин Хао.
Юноша кивнул.
Не все среди тринадцати наследников пошли за Дин Шэнтаням или Бай
Вуцзи. Многие Божественные наследники сами хотели заполучить себе трон,
и влияние их было не малым. Раньше никто их низ не мог проявить себя
в сиянии двух гениев, но когда их не стало, эти люди снова показались
и разразились великой мощью.
Дин Синцзинь был таким вот человеком.
И он был такой не один.
Меж тем Дин Синцзинь взглянул на Дин Хао и внимательно осмотрел его. На лице мужчины сразу же показалась улыбка. Он сказал:
— А это юный Хао, сын старшего? Непохож!
Дин Синхуа холодно хмыкнул и сказал:
— Незачем таком спорить, Седьмой. Пропусти. Пусть Хао покажет свою родословную в Храме Предков, и тогда всё станет ясно.
Дин Синцзинь ничего не ответил, но сказал:
— Старший
всегда был великим воином, правителем над миром, я уверен, и сын его
тоже на многое способен. Вот мне и интересно посмотреть, правда ли
он сын старшего. Если он действительно его отпрыск, значит и силён
должен быть точно также, как в своё время старший. Если мы начнём
принимать в наш клан Дин всякие отбросы, мы все зачахнем!
— Ты на что намекаешь, — разозлился Дин Синсюэ.
Дин Синцзинь рассмеялся, с презрением взглянул на него и сказал:
— Младший,
смотрю за эти годы твоя память стала ни к чёрту. Совсем уже из ума
выжил, стариком стал. Думаю, тебе не помешает вернуться к тренировкам,
возможно тогда ты проживёшь ещё несколько лет, а то не успеешь
насладиться жизнью на воле.
— Ах ты… — Дин Синсюэ разозлился.
Дин Хао тоже нахмурился.
Дин
Синцзинь вёл себя очень высокомерно. Даже слишком. Он не только смотрел
свысока на Дин Синсюэ, но даже угрожал ему, как будто он и не был его
братом. Дин Хао даже услышал в его голосе нотки жажды крови.
— Третий дядя, четвёртый, пошли. У нас дела в Храме Предков, — Дин Хао даже не взглянул на Дин Синцзюня и пошёл вперёд.
Мужчина
был его дядей, но Дин Синцзинь был даже хуже почившего лже-Бога
Императора. У него не было его величие. Душа Дин Хао была родом
из другого мира. Он не чувствовал особенного родства с кланом Дин. Они
были связаны кровью, и потому Дин Хао был за всё благодарен Дин Шэнтаню.
Потом Дин Синхуа, Дин Синму и остальные тоже очень помогли юноше, и они
были ему очень благодарны.
Но с чего бы ему проявлять уважение к таким как Дин Синцзинь?
Ради
своего отца и дядей, Дин Хао не собирался слишком сильно на него
давить, но если он сам полезет, юноша себя сдерживать не станет.
— А ну стоять, кто сказал, что тебе можно идти дальше? — Дин Синцзинь взглянул на него и сказал:
— Мальчишка, а тебе не говорили, что старших нужно уважать? И ты хочешь вступить в мою семью Дин? Ещё чего!
После этих слов помрачнел не только сам Дин Хао, но и и Дин Синхуа и с Дин Синму пришли в ярость.