Из всех возможных реакций меньше всего Ван ожидал, что Адори станет величественной в ответ на его слова. В то же самое время, закон идентичности начал маниакально смеяться, держась руками за живот, когда она открыла: «вы закоротили ее мозг, заставив ее думать непристойные мысли. Теперь она намерена полностью избить тебя~.»
Как будто для того, чтобы продемонстрировать это, в глазах Адори вспыхнул решительный огонек, когда она сказала: tongue…it похоже, тебя нужно научить уважать женщин…»
Сопротивляясь желанию закатить глаза, Ван сосредоточился на устранении ущерба, нанесенного Эль Робиной, пока Хагиферионе и Машенни постепенно освобождались от влияния его владений. Это было свидетельством их способностей как топ-100 Ранкеров, но, по сравнению с Адори, им не хватало многих способов. Машенни, в частности, казалась раздраженной тем фактом, что она была последней, кто вырвался на свободу, ее выражение лица трансформировалось в вызывающе хмурое, когда она размахивала своим желтым майским, похожим на солнце копьем, которое заставляло ее характерно синий Синсу напоминать полосы золотых молний.
К счастью, с различными планами, формирующимися в ее голове, Маскенни смогла подавить свое желание броситься в бой, ее хмурый взгляд расслабился, превратившись в маску веселья, когда она заметила:..три принцессы Джахада стоят вокруг предполагаемого врага империи, когда он воскрешает наш народ и исправляет ущерб, причиненный имперскими войсками…Интересно, что бы подумал об этом наш отец?»
Нахмурившись почти незаметно в ответ на слова Машенни, Адори послала предостерегающий взгляд первой, прежде чем переключить свое внимание обратно на Вана и сказала: «Хотя я нахожу ее выбор слов довольно тревожным, было бы неосторожно с моей стороны игнорировать необычность текущей ситуации. Скажи мне, Ван Олдрнари Мейсон, каковы твои истинные намерения? Вы действительно враг империи? Не хотите ли вы присоединиться к нам, чтобы помочь обеспечить мир и процветание всех жителей башни?»
Когда большая часть ущерба была устранена, Ван перевел свой взгляд на Адори, обвиняющий блеск в его глазах, когда он заметил: «интересная вещь, чтобы сказать, учитывая широко распространенную коррупцию, присутствующую в Империи и за ее пределами. Почему те же самые люди, которые создают системы, которые подавляют и эксплуатируют других, всегда упоминают такие вещи, как защита всех и обеспечение мира? Вы просто совершенно не знаете о своих собственных недостатках и отсутствии надзора в вашей администрации? Помимо обеспечения вашего личного процветания и поддержания системы, которая позволяет тем, кто находится у власти, действовать совершенно безнаказанно, что вы делаете, чтобы на самом деле сделать башню лучшим местом?»
Впервые с начала их встречи выражение лица Адори резко изменилось, ее спокойное и невозмутимое лицо превратилось в решительную гримасу, когда она сказала: «я не могу согласиться с такими плохо обдуманными чувствами. Хотя я не могу отрицать существование коррупции среди имперских чиновников и членов десяти великих семей, ваши слова игнорируют более крупные проблемы и неустанные усилия, которые мы предпринимаем, чтобы отсеять такие неприятные элементы. Вы когда-нибудь задумывались о том, почему были установлены внутренняя и средняя башни? А как насчет рейтинговой администрации, которая позволяет даже нашим врагам классифицироваться в соответствии с их властью и авторитетом? Если вы действительно обладаете способностью читать мысли людей и знать их самые сокровенные тайны, вы были бы глупцом, если бы сомневались в моей преданности башне и ее обитателям. Я не претендую на совершенство, но я посвятил последние пять тысяч лет сохранению мира и улучшению жизни тех, кто уважает имперское правление. Что вы делаете, чтобы сделать вещи лучше, кроме того, чтобы избирательно помогать людям, которых вы считаете достойными, разрушая системы, предназначенные для контроля и регулирования людей, которые, будучи выбранными в качестве постоянных клиентов, уже зарекомендовали себя как эгоцентричные и жадные личности?»